Close

О работе без: Документ, подтверждающий работу без НДС

Содержание

закон, письмо о работе без печати

Все вопросы, касающиеся заверения документов, индивидуальный предприниматель должен решать самостоятельно. И поэтому все риски он полностью берет на себя. Важно с самого начала понять, может ли осуществлять свою работу ИП без печати?

Для ответа на вопрос можно сослаться на Письмо УФНС № 28-10/15239, которое указывает, что ИП не обязан иметь печать. Вместо печати может использоваться личная подпись предпринимателя. А значит, можно работать, заверяя документы только ей. Для тех, кто занимается предоставлением услуг широкому спектру потребителей, этого будет вполне достаточно.

Но бывает, что печать необходима для плодотворной работы. Рассмотрим такие случаи.

Для чего нужна печать

Проблема в том, что без печати невозможно осуществить некоторые операции. Среди них:

  1. Открытие банковского счета фирмы. Эта операция предусматривает наличие печати у ИП. Кроме того, снять деньги с чековой книжки также возможно только через использование печати.
  2. Подписание договоров. Многие фирмы отказываются вести дела с предпринимателем, у которого нет собственной печати. А это принципиальный вопрос развития бизнеса.
  3. Документы строгой отчетности. Они требуют наличие печати. Например, бланк строгой отчетности, когда работа идет при отсутствии ККТ.

Без печати можно работать, но чрезвычайно ограниченно, поэтому сделать ее рекомендуется каждому, кто заинтересован в развитии предприятия.

Подтверждение возможности работы без печати

На основании требований контрагентов ИП не обязан предоставлять писем, которые подтверждали бы, что он работает без печати. Но бывает, что возникает острая необходимость, если контракт связан с рисками или требуется гарантия для банка.

Ведь если у компании есть печать, а руководитель скрыл это от контрагента, документы, которые были просто подписаны его рукой и не зафиксированы печатью, не имеют юридической силы. Такие схемы сплошь и рядом используются в мошеннических целях.

Если у компании есть печать, а руководитель скрыл это от контрагента, документы, которые были просто подписаны его рукой и не зафиксированы печатью, не имеют юридической силы.

Письмо об отсутствии печати не имеет установленной законом формы, но в нем обязательно должны содержаться следующие данные:

Предприниматель в свободной форме пишет, что, согласно федеральному закону, работает без печати. Увидеть примерный готовый образец приказа предпринимателя без печати можно тут.

Каждый предприниматель имеет право подписывать документы своей личной подписью, и не обязательно использовать для этих целей печать. Заверить документ таким образом позволяет федеральный закон, а значит, требовать ее наличие – нет юридических оснований. Другое дело, что крупные фирмы не ведут дел с контрагентами без печати, и это часто становится помехой для заключения выгодных контрактов.

можно ли по ТК РФ

Действующие положения трудового законодательства о рабочем времени и времени отдыха однозначно предписывают всем работодателям предоставлять трудящимся время на обед и еженедельный отдых. Но в некоторых случаях, в особых обстоятельствах допустимо отступление от этого правила. Но даже тогда работодателю необходимо соблюдать иные дополнительные предписания, чтобы не ухудшить положение сотрудников. В этой статье говорим про работу без выходных и перерыва на обед: можно ли по ТК РФ.

Обеденный перерыв и выходные в законодательстве

И обеденный перерыв, и выходные дни входят по Трудовому кодексу во время отдыха. Их основные характеристики (ст. 106 ТК РФ):

  1. Освобождение от выполнения должностных функций.
  2. Возможность использования такого времени по своему усмотрению.

Перерыв для отдыха и питания предоставляют в середине рабочего дня. Он должен быть не менее

30 минут и не более 2-х часов (ст. 108 ТК РФ).

Его можно предоставлять 2-мя или 3-мя частями, каждая из которых не может быть менее получаса, а суммарное время отдыха по ТК РФ для приема пищи все равно не может быть больше 2-х часов.

Работодатель самостоятельно определяет порядок использования перерывов на обед и закрепляет это в своих локальных актах.

Выходные дни можно предоставлять в субботу и воскресенье при пятидневном графике работы. При этом допустимо оставлять общий нерабочий день – в воскресенье, а другой день отдыха назначать в иной день недели.

При гибком режиме рабочего времени выходные можно предоставлять в

любой день недели.

Однако в любом случае продолжительность еженедельного непрерывного отдыха должна быть не менее 42-х часов (ст. 110 ТК РФ).

Для некоторых категорий работников отраслевые правила допускают сокращение минимальной продолжительности еженедельного отдыха, но не более чем до 24-х часов (например, для водителей трамваев и троллейбусов согласно приказу Минтранса России от 02.10.2020 № 404).

Общий порядок использования сотрудниками обеденных перерывов и выходных закрепляют в правилах внутреннего трудового распорядка.

Может ли у сотрудника не быть перерывов на обед

В исключительных случаях, в условиях непрерывного производства и с учетом его технологических особенностей сотрудники не могут покидать рабочее место. Тогда перерыв для отдыха и питания можно им

не предоставлять. Но при этом работодатель должен создать условия для приема пищи на рабочем месте (ст. 108 ТК РФ).

В подобной ситуации время, когда трудящиеся едят, включают в рабочее время и оплачивают на общих основаниях. Нанимателю необходимо оборудовать специальное место для приема пищи со столами и стульями, микроволновой печью и чайником.

Нужно понимать, что для подобного решения компании нужно иметь веские основания и документальные доказательства невозможности предоставления обеда. Как правило, такой режим применяют на опасных производственных объектах, требующих непрерывного контроля, или при работе на оборудовании, остановить которое нельзя по техническим причинам.

Важно

Допустимо не устанавливать обеденный перерыв при 4-часовом и менее рабочем дне – при наличии такого условия в правилах внутр. труд. распорядка или трудовом договоре (ч. 1 ст. 108 ТК РФ).

Допустима ли работа без выходных

Работа без выходных дней не разрешена, так как трудящемуся гарантируется право на отдых. Более того, привлекать работников к труду в выходные дни прямо запрещено. Но и из этого правила есть исключения (ст. 113 ТК РФ).

Законодательство четко ограничивает случаи, когда сотрудника можно привлечь к работе в выходной без его согласия. Большинство подобных обстоятельств связано с:

  • необходимостью ликвидации последствий стихийных бедствий или аварий;
  • введением военного положения.

С согласия работника его можно привлечь к работе в выходной и при

иных производственных ситуациях: неотложный ремонт, погрузка-разгрузка, необходимость срочно закончить работы, приостановка которых технически невозможна. За это время положена повышенная оплата либо (по выбору трудящегося) обычная оплата с предоставлением дополнительного дня отдыха (ст. 153 ТК РФ).

Законодательно не ограничено количество дней, которые трудящийся по своему согласию может быть занят в выходной. Получается, его можно выводить на работу и 2 дня подряд: в этом случае у него вообще нет еженедельного отдыха.

Вывод

Вопрос о том, можно ли регулярно привлекать сотрудника с его согласия для работы в выходные, законодательно не урегулирован. С одной стороны, при соблюдении всех правил по оформлению и оплате, формальных нарушений в этом случае нет. С другой, работодатель таким образом лишает его права на время отдыха по ТК РФ. Если объективной производственной необходимости для этого не было, трудовая инспекция расценит это как нарушение трудовых прав работника.

Проект «Работа без границ» стартовал в ЕАЭС

1 июля 2021 года в странах Евразийского экономического союза вводится в промышленную эксплуатацию «Унифицированная система поиска «Работа без границ» — первый совместный цифровой проект на евразийском пространстве.

Это международная поисковая система, которая предоставляет доступ к информации о свободных рабочих местах и соискателях вакансий, содержащихся в информационных системах государств-членов в сфере трудоустройства и занятости.

Проект направлен на обеспечение взаимодействия рынков труда в рамках Союза с помощью цифровых инструментов, расширение функционала национальных информационных систем за счет добавления возможностей для поиска резюме и вакансий по всем странам ЕАЭС.

В проекте «Работа без границ» участвуют уже действующие системы из пяти стран-участниц ЕАЭС: информационная система по поиску работы и подбора персонала «Горц» http://workforall.am (Республика Армения), информационный портал государственной службы занятости http://gsz.gov.by (Республика Беларусь), информационный портал «Работа» – электронная биржа труда Министерства труда и социальной защиты населения Республики Казахстан https://www.enbek.kz/, информационный портал «Занятость» Информационной системы рынка труда Министерства труда и социального развития Кыргызской Республики http://www.zanyatost.kg, информационная аналитическая система – общероссийская база вакансий «Работа в России» https://trudvsem.ru/ (Российская Федерация). Информационные системы государств-участников проекта взаимодействуют между собой посредством типового программного обеспечения (интегрированного в национальные информационные системы), уникального унифицированного интерфейса и методов API .

Воспользоваться унифицированной системой поиска «Работа без границ» можно после авторизации в этих национальных информационных системах.

Пользователям системы (соискателям вакансий и работодателям) будет предоставлена возможность выбора одного или нескольких государств Союза, где требуется осуществить поиск работы или подбор персонала, получить доступ к информации о вакансиях и соискателях, содержащейся в национальных информационных системах, а также интерактивно взаимодействовать с соискателем и работодателем.

«Запуск унифицированной системы поиска «Работа без границ» — это знаковое событие, которое говорит не только об активном развитии цифровизации на евразийском пространстве, но и начале формирования полноценной цифровой экосистемы в сфере трудоустройства и занятости граждан ЕАЭС», — подчеркнул министр по внутренним рынкам, информатизации, ИКТ Евразийской экономической комиссии Гегам Варданян.

«Надеюсь, что «Работа без границ» станет одним из инструментов восстановления нашего общего рынка труда от последствий пандемии коронавируса. По сути, это первый шаг к созданию полноценной цифровой экосистемы в сфере занятости граждан ЕАЭС», — заявил министр экономического развития РФ Максим Решетников.

Успешная реализация проекта – это результат упорной работы и целенаправленного сотрудничества Комиссии, уполномоченных государственных органов стран Союза, а также операторов национальных компонентов.

Планом мероприятий по реализации Стратегических направлений развития евразийской экономической интеграции до 2025 года предусмотрены мероприятия по созданию сервисов цифровой экосистемы для обеспечения трудоустройства и занятости граждан государств Союза «Евразийская электронная биржа труда».

Как отметил министр ЕЭК, важно, что проект на этом не останавливается. Уже начато обсуждение планов развития цифровой экосистемы и реализации таких сервисов, как информационная поддержка соискателей и работодателей, электронный трудовой договор, профориентационная диагностика, маркетплейс обучающих курсов и других сопутствующих услуг, внедрение мобильного приложения, и другие сервисы.

 

Работа без оформления трудового договора

Последствия работы без трудового договора зачастую крайне печальны для работника, поскольку трудовой договор являет собой документ, подтверждающий факт его работы, размер зарплаты, а также его прямые обязанности.

Часто работодатели не заключают трудовых договоров на испытательном сроке, а затем расстаются с работником, не выплачивая зарплату и аргументируя это тем, что он не соответствует занимаемой должности. Не имея на руках документов о работе, не с чем идти в трудовую инспекцию или в суд. Поэтому, если официального оформления на работу не произошло, это должно насторожить уже в первую трудовую неделю.

Минусы неофициальной работы

  • увольнение без соблюдения процедуры, которая предусмотрена Трудовым кодексом (ТК РФ).

    Для доказательства незаконного увольнения потребуется сначала доказать непосредственно факт трудовых отношений и заключения трудового договора.
    В соответствии со ст. 67 ТК РФ, в случае, если трудовой договор в письменной форме не оформлен, однако работник приступает к обязанностям с ведома работодателя и по его поручению, договор принято считать заключенным. Его обязаны оформить в течение трёх рабочих дней. Поэтому, если договор не оформили, тогда при споре о заработной плате или об увольнении придётся доказывать факт допущения к работе в суде. Вместе с тем, нужно будет доказать, что договор именно трудовой, а не гражданско-правовой (к примеру, договор подряда). Без документов сделать это очень сложно;

  • отсутствие социальных гарантий.

    Взносы в ФСС и Пенсионный фонд не перечисляются, что грозит работнику неоплаченным больничным, а девушкам, которые могут отправиться в отпуск в связи с беременностью и родами – отсутствием декретных выплат. Кроме того, при увольнении можно не надеяться на компенсацию за неиспользованный отпуск или выходное пособие по сокращению.

Если работодатель не оформляет трудовой договор

Существует два варианта выхода из сложившейся ситуации:

  1. Уйти из организации,

  2. Собрать пакет документов, которые могут понадобиться при решении спора в суде:

    • копию приказа о приёме на работу. Работодатель обязан по требованию работника выдать ему заверенную должным образом копию вышеуказанного приказа. Подобное требование лучше предъявить письменно — в виде заявления в свободной форме, ссылаясь на ч. 2 ст. 68 ТК РФ и просьбой предоставить документацию, которая связана с трудовой деятельностью.

    • копию трудовой книжки с записью о зачислении.

    • копии любых документов, в которых фигурирует фамилия и должность работника: приказа, распоряжения, командировочных.

Работник имеет право требовать как приказ о приёме на работу, так и другие документы, которые связаны с его трудовой деятельностью. Это может быть выписка из трудовой книжки, справка о зарплате или о начислениях и уплаченных страховых взносах, или даже справка о периоде работы у своего работодателя.

В свою очередь, работодатель обязан предоставить эти документы не позже 3 дней со дня подачи заявления, при этом копии всех документов в обязательном порядке надлежащим образом должны быть им заверены.

Необходимо помнить, что оформление трудовых отношений – это, в первую очередь, обязанность работодателя. Если походы в отдел кадров не приносят положительных результатов, нужно обратиться с жалобой в трудовую инспекцию или подать иск о понуждении заключить трудовой договор в письменной форме в судебную инстанцию./p>

Безусловно, для трудовых отношений это не лучшее начало, однако лучше первым предупредить ухищрения недобросовестного работодателя, чем впоследствии подавать иск о подтверждении трудовых отношений. рискуя остаться ни с чем.

Какая ответственность может быть возложена на работодателя и сотрудника?

Как известно, возникновение официальных отношений между работодателем и его новым сотрудником представляет собой особую процедуру, в которую будут входить некоторые обязательные этапы. В частности, руководитель будет обязан заключить со своим служащим официальное трудовое соглашение. Это особый документ, который регулирует возникшие профессиональные отношения. Следует отметить, что выполнить данное обязательство директор должен своевременно, в течение 3 дней после начала исполнения новым сотрудником возложенных трудовых функций.

Во время заключения официального соглашения работодатель должен действовать в соответствии со следующими основными и наиболее важными принципами:

  1. Возникновение трудовых отношений возможно только при наличии обоюдного согласия сторон. Это согласие, в свою очередь, и подтверждается в момент подписания трудового соглашения обеими сторонами – руководителем компании и его новым подчиненным.
  2. Предмет трудового соглашения заключается в следующем: сотрудник обязуется выполнять возложенные на него профессиональные функции за соответствующую плату, которая регулярно предоставляется со стороны работодателя. Размер такой оплаты, некоторые особенности ее получения, а также иные факторы в обязательном порядке должны быть закреплены внутри нового трудового соглашения.
  3. Работодатель, в свою очередь, вправе требовать от исполнителя соблюдения установленного в организации трудового режима, а также качественного выполнения возложенных функций. В противном случае руководитель сможет произвести увольнение подчиненного в одностороннем порядке.

Помимо создания и последующего подписания трудового соглашения, сама процедура трудоустройства будет требовать выполнения и некоторых иных важных обязательств со стороны работодателя, включая:

  • создание официального приказа о принятии служащего на вакантную должность. Данное распоряжение будет являться важнейшим локальным актом организации, в котором подтверждается факт принятия подчиненного на соответствующее место;
  • заполнение трудовой книжки подчиненного. Сам факт трудоустройства обязательно должен быть зафиксирован и в этом важнейшем личном документе сотрудника. Запись о принятии сотрудника на должность вносится в стандартном порядке, в строгом соответствии с действующими требованиями;
  • ознакомление нового служащего со всеми локальными актами организации, которые будут иметь прямое отношение к его будущей трудовой деятельности. Сюда, прежде всего, можно отнести действующее расписание, отдельные положения по важным вопросам, документы по безопасности внутри организации и т.д. Сам факт ознакомления с каждым подобным документом должен подтверждаться подписью подчиненного в специальных журналах;
  • направление сотрудника на медицинский осмотр. Сразу следует отметить, что данное требование не является обязательным для всех должностей. Однако если оно действительно имеется, то работодателю необходимо будет создать официальное письменное направление на прохождение медосмотра подчиненным. Как только данный осмотр будет пройден, сотрудник обязан принести соответствующее заключение. Оно подшивается в личное дело служащего;
  • проведение различных инструктажей. Полный перечень подобных процедур напрямую будет зависеть от организации, в которую принимается подчиненный. Если он будет работать с различной техникой – значит, сначала должен быть проведен инструктаж относительно правильного и безопасного использования этой техники и т.д.

Допустимо ли заключение временного трудового соглашения без официального оформления?

В современной практике нередко встречаются такие ситуации, при которых работодатели всячески пытаются избежать заключения с новым подчиненным официального трудового соглашения. Как правило, для этого они используют самые различные способы. К наиболее распространенным из них можно отнести следующие:

  1. Заключение договора подряда. Данное соглашение относится к гражданско-правовым документам. Его предметом являются обязательства по выполнению определенной работы за соответствующую оплату. В данном случае заключение такого соглашения целиком и полностью будет направлено лишь на достижение желаемого результата. Права сотрудника при этом никак не будут защищаться со стороны трудового законодательства.
  2. Заключение срочного трудового соглашения. Как и следует из его названия, данный документ характеризуется одной важной особенностью, а именно – наличием четко установленного срока действия. Как только данный срок подойдет к концу, у работодателя появится законное право на увольнение служащего в одностороннем порядке. Казалось бы, данный вид соглашения является идеальным для фиксирования трудовых отношений. Однако здесь нужно помнить о некоторых важных нюансах, в частности:
    • заключение срочного соглашения должно быть обусловлено с точки зрения законодательных норм. Например, если сотрудник принимается для выполнения сезонной работы, с ним действительно может быть подписан договор с ограниченным периодом действия;
    • заключение такого соглашения также будет являться правомерным и при необходимости замены временно отсутствующего основного сотрудника. Наиболее ярким примером может являться уход сотрудницы в декрет. В таком случае у работодателя действительно будет иметься право на временное трудоустройство нового сотрудника;
    • помимо этого, срочный трудовой договор также может быть заключен и в случае необходимости направления подчиненного за границу для выполнения возложенных профессиональных обязательств.

Заключение временного договора с сотрудником без трудовой книжки

Многих работодателей волнуют вопросы о том, допустимо ли заключение временного договора с подчиненным без заполнения его трудовой книжки. Сразу следует отметить, что подобные действия будут являться правомерными только в одном случае – если служащий принимается на вакантную должность в режиме совместительства. Только так можно не заполнять его трудовую книжку, так как она находится по его основному месту работы. К тому же данные обязательства все же будут возложены на сотрудника в том случае, если работник сам пожелает зафиксировать факт возникновения трудовых отношений по совместительству. В таком случае он может временно взять свою книжку на руки и попросить нового работодателя внести туда соответствующую запись.

Что же касается оформления временного договора – процедура его создания должна проходить в стандартном порядке. Готовый документ обязательно должен включать в себя следующие важные сведения:

  • краткое описание работы, на которую принимается новый сотрудник;
  • информацию относительно точных сроков действия трудового договора;
  • данные о типе работы, например, работа по совместительству.

Гражданско-правовой договор вместо трудового

В некоторых случаях у работодателя действительно будет иметься законное право на то, чтобы не оформлять возникшие трудовые отношения в официальном порядке. Сюда можно отнести ситуации, при которых сторонами заключается соглашение гражданско-правового характера. Оно, в свою очередь, может иметь несколько наиболее популярных разновидностей:

  1. Авторский договор. Его предметом, как правило, является выполнение сотрудником какой-либо творческой работы, носящей разовый характер. В таком случае официальные трудовые отношения между сторонами не возникают.
  2. Агентский договор. В данном случае работа может не носить разовый характер, однако само соглашение также необходимо заключить на достаточно короткий срок.
  3. Договор подряда. Очень распространен в строительных и иных подобных направлениях работ. Его предметом является качественное выполнение исполнителем возложенных на него обязательств, например, по возведению конструкций, по проведению капитального ремонта и т.д. Заказчик, в свою очередь, обязуется принять проделанную работу и оплатить ее согласно ранее установленным тарифам. Данный договор также не может быть заключен на постоянной основе, так как носит разовый характер.

как будет развиваться цифровой рынок труда в ЕАЭС

24 Июня 2021 г. 11:51

В ЕАЭС начинает работу единая цифровая платформа по поиску работы. Проект «Работа без границ», который разрабатывался с 2019 г. и прошел этап тестирования в пандемийный 2020 г., будет запущен в штатном режиме уже с 1 июля. Его цель – обеспечение взаимодействия рынков труда в рамках ЕАЭС и расширение функционала национальных информационных систем за счет добавления возможностей для поиска резюме и вакансий по всем странам ЕАЭС. В том, как это будет работать и что принесет гражданам разобралась экономический обозреватель «Евразия.Эксперт» Ирина Смирнова.

История вопроса


В результате реализации проекта «Работа без границ» пользователям системы – соискателям вакансий и работодателям Союза – будет предоставлена возможность выбора одного или нескольких государств-членов, на территориях которых требуется осуществить поиск работы или подбор персонала, сформировать универсальный поисковый запрос к национальным информационным системам, получить доступ к информации по вакансиям и резюме, а также возможность интерактивного взаимодействия.

Запуск проекта был одобрен Решением №89 Совета Евразийской экономической комиссии от 9 сентября 2019 г. Основой для единой базы данных в сфере труда стали существующие национальные площадки пяти стран ЕАЭС, которые уже содержат информацию о вакансиях и соискателях. Планируется, что по итогам первого года работы системы количество обращений к ней составит не менее 1 млн, а количество откликов по вакансиям и приглашений от работодателей – не менее 100 и 10 тыс. соответственно.

Инициатива создания портала принадлежит России. Еще в начале 2019 г. Федеральная служба по труду и занятости РФ направила в ЕЭК свои предложения по запуску проекта по аналогии с российским порталом «Работа в России». Первая версия этого сайта появилась еще в 2009 г. Тогда это была база вакансий от служб занятости, не затрагивающая нишу высокооплачиваемых профессий. После перезапуска в июле 2015 г. на сайте появился рейтинг регионов с данными о местном уровне цен, доступности жилья и показателях безработицы.

Несмотря на обновление, посещаемость «Работы в России» является низкой по сравнению с коммерческими базами резюме и вакансий. Так, по оценкам SimilarWeb, в среднем в 2018 г. ежемесячная аудитория портала не превышала 5 млн человек, в то время как аудитория основных рекрутинговых сайтов в РФ hh.ru и superjob.ru, составляла 42,26 и 12,94 млн в месяц соответственно.

Особый статус для трудящихся ЕАЭС


По замыслу ЕЭК, проект «Работа без границ» позволит увеличить движение экономически активного населения по всей территории Союза с минимальными издержками. Кроме того, позволит решить вопрос с защитой прав трудящихся. Стоит отметить, что в ЕАЭС уже созданы определенные условия для интеграции рынка труда, обеспечена свобода передвижения и социальные гарантии. А именно:

– граждане ЕАЭС могут находиться в другой стране Союза без регистрации до 30 суток с даты въезда. При нахождении свыше 30 суток им необходимо пройти процедуру регистрации (постановки на учет) в соответствии с законодательством государства въезда, если такая обязанность установлена. В целом на поиск работы им дается 90 дней;

– при приеме на работу признаются документы об образовании, выданные в государствах Союза;

– для занятий педагогической, юридической, медицинской или фармацевтической деятельностью необходимо пройти отдельную процедуру признания документов об образования. По каждому из четырех направлений созданы рабочие группы из экспертов всех стран Союза;

– граждане стран ЕАЭС вправе работать во всех странах Союза без учета ограничений по защите национальных рынков труда, им не нужно получать разрешительные документы для осуществления трудовой деятельности;

– скорая медицинская помощь оказывается трудящимся и членам их семей бесплатно;

– дети трудящегося имеют право на получение образования;

– семья трудящегося вправе проживать на территории государства, предоставившего работу, в течение действия трудового или гражданско-правового договора;

– доходы трудящегося из стран Союза облагаются налогом по той же ставке, что доходы и граждан страны трудоустройства;

В январе 2021 г. вступило в силу Соглашение о пенсионном обеспечении, цель которого – формирование, сохранение и реализация пенсионных прав трудящихся на тех же условиях и в том же порядке, что и граждан государства трудоустройства. Кроме того, соглашение предусматривает решение вопросов, связанных с назначением и экспортом пенсий трудящихся, а также развитие сотрудничества в сфере пенсионного обеспечения между государствами Союза;

30 марта 2021 г. на заседании Коллегии Евразийской экономической комиссии было одобрено Соглашение о взаимном признании документов об ученых степенях в государствах Евразийского экономического союза – проект направлен его в страны Союза для проведения внутригосударственного согласования. ЕЭК разработала документ совместно со странами ЕАЭС для повышения мобильности работников высшей научной квалификации. Разработка и заключение этого международного договора предусмотрены Стратегическими направлениями развития евразийской экономической интеграции до 2025 г.

Состояние рынка труда в странах ЕАЭС


По данным статистики ЕЭК численность безработных, зарегистрированных в службах занятости населения, в государствах – членах ЕАЭС на конец марта 2021 г. составила 2,096 млн человек, или 2,3% численности рабочей силы. По сравнению с аналогичной датой 2020 г. этот показатель увеличился в 2 раза, в том числе в России в 2,4 раза, в Казахстане – на 32%, в Армении – на 2,3%, в Кыргызстане – на 1,4%. При этом в Беларуси безработица уменьшилась на 13,9%, что премьер-министр Беларуси Роман Головченко связал с устойчивой работой реального сектора.

По сравнению с августом 2020 г., когда число безработных относительно 2019 г. увеличилось в 4 раза, это весьма неплохой показатель. Тогда взрывной рост безработицы стал прямым следствием эпидемии коронавируса и спровоцированного ею экономического кризиса. И все же, по словам главного экономиста ЕАБР Евгения Винокурова, по итогам 2020 г. всем экономикам, кроме армянской, удалось сохранить безработицу на приемлемом уровне.

Вместе с тем в ЕАБР отмечают, что именно снижение притока денежных переводов трудовых мигрантов в 2020 г. оказало дополнительное негативное влияние на доходы населения и внутренний спрос в этих странах. «Российские денежные переводы – значительный источник поддержки покупательной способности населения в ряде стран ЕАЭС. В структуре ВВП Кыргызстана и Армении они составляют 23 и 8% ВВП соответственно. В других странах союза – Беларуси и Казахстане – денежные переводы не являются существенным источником поддержки денежных доходов населения, составляя менее 1% ВВП», – говорится в материалах Банка.

Прогнозы относительно состояния союзного рынка труда на ближайшую перспективу весьма оптимистичны. По мнению экспертов, спрос на трудовые ресурсы будет только расти, в том числе за счет программ господдержки.

По итогам марта 2021 г. число вакансий, заявленных в службах занятости населения, по сравнению с февралем увеличилось в Армении на 7,8%, в России на 4%, в Беларуси на 3%, в Кыргызстане – на 2,2%. В марте по ЕАЭС было трудоустроено 285,8 тысячи незанятых граждан, что на 13,5% больше, чем в феврале 2021 г., и на 34,6% больше, чем в марте 2020 г. Всего с начала года трудоустроено 718,9 тысячи человек.

Как устроен проект «Работа без границ»


В проекте «Работа без границ» участвуют уже действующие системы из пяти стран ЕАЭС: от Армении – информационная система по поиску работы и подбора персонала «Горц», со стороны Беларуси – информационный портал государственной службы занятости, от Казахстана – информационный портал «Работа» (электронная биржа труда Министерства труда и социальной защиты населения), от Кыргызстана – информационный портал «Занятость» информационной системы рынка труда Министерства труда и социального развития, от Российской Федерации – информационная аналитическая система общероссийская база вакансий «Работа в России».

Проект состоит из четырех этапов: мобилизация, синхронизация, разработка и запуск, мониторинг и развитие и реализован в рамках цифровой повестки ЕАЭС. Информационные системы государств-участников проекта «Работа без границ» будут взаимодействовать между собой посредством унифицированного поискового интерфейса.

В результате внедрения системы расширяется взаимодействие рынков труда Союза. Так, для граждан ЕАЭС появятся новые возможности для трудоустройства, для работодателей – увеличится количество площадок для поиска персонала; для государств Союза обеспечивается внедрение современных и эффективных цифровых инструментов для развития рынка труда ЕАЭС.

Одна из особенностей проекта «Работа без границ» – использование распределенной архитектуры, без объединения баз. Применяемая в проекте технология, с одной стороны, обеспечивает необходимый доступ к информации по вакансиям и резюме, а, с другой стороны, – соблюдение закона о защите персональных данных, так как не происходит трансграничной передачи и хранения информации.

Министр ЕЭК Гегам Варданян отметил, что, несмотря на сложную ситуацию с пандемией, проект удалось реализовать в установленный срок. Выполнены все организационные мероприятия, проанализирован большой объем нормативно-правовых документов стран Союза в области трудового законодательства, создано типовое программное обеспечение, проведены интеграционные работы во всех пяти странах Союза, все виды тестирования, осуществлена опытная эксплуатация системы с участием всех национальных компонентов.

«Сейчас ведется работа со странами Союза для разработки сервисов, что позволит сформировать полноценную цифровую экосистему по обеспечению трудоустройства и занятости граждан ЕАЭС», – подчеркнул представитель Комиссии.

Заместитель министра экономического развития Российской Федерации Дмитрий Вольвач назвал запуск проекта очень своевременным. «Постепенное восстановление стран ЕАЭС от последствий пандемии, безусловно, потребует привлечения квалифицированных кадров в перспективные сектора экономики. Запуск совместного цифрового продукта по поиску вакансий и резюме кандидатов может увеличить мобильность экономически активного населения ЕАЭС и сбалансировать рынок труда», – отметил он.

Вольвач также подчеркнул, что создание удобных платформенных решений, цифровизация бизнес-процессов, нацеленная на устранение барьеров для ведения бизнеса и улучшение качества жизни людей на пространстве ЕАЭС, – безусловные приоритеты Союза. А по словам Варданяна, система поиска «Работа без границ» – яркий пример активного и тесного сотрудничества между Комиссией, уполномоченными государственными органами стран Союза, а также операторами национальных компонентов.


Ирина Смирнова, экономический обозреватель «Евразия.Эксперт»

Заработала ИТ-система, помогающая искать работу в России гражданам Армении, Белоруссии, Казахстана и Киргизии

| Поделиться

Запущена система поиска вакансий «Работа без границ». В ней содержатся вакансии и соискатели из Армении, Белоруссии, Казахстана, Кыргызстана и России. Граждане из этих стран смогут искать работу или сотрудников на территории стран-участников системы.

Работа без границ

С 1 июля 2021 г. запускается система поиска вакансий «Работа без границ» во всех странах Евразийского экономического союза (ЕАЭС), в который помимо России входят Армения, Белоруссия, Казахстан и Киргизия. Инициатором создания системы стал Роструд России. Данный цифровой проект был одобрен решением Совета Евразийской экономической комиссии (ЕЭК, надзорный регулирующий орган ЕАЭС) в сентябре 2019 г. Он реализуется за счет бюджета ЕЭК.

«Работа без границ» представляет собой систему для поиска вакансий и соискателей из локальных информсистем государств — членов ЕАЭС. В нашей стране с ней интегрирован портал «Работа в России», информационным партнером которого стали крупные коммерческие ресурсы, например, «Яндекс.работа».

Разработанное в рамках проекта программное обеспечение и API (программный интерфейс для разработчиков) интегрируются отдельно в каждую национальную базу данных о вакансиях и резюме во всех пяти странах ЕАЭС.

Заработала ИТ-система поиска работы граждан России, Белоруссии, Армении, Казахстане и Киргизии в этих государствах

В проекте также участвуют информсистема поиска работы и подбора персонала Армении «Горц», портал госслужбы занятости Белоруссии, портал Казахстана «Работа», ресурс Киргизии «Занятость».

Как работает система поиска

Представители Роструда рассказали CNews, что система «Работа без границ» не является отдельным ресурсом, а представляет собой дополнительную функцию на порталах участников проекта. То есть соискатель из нашей страны сможет на портале «Работа в России» увидеть вакансии из других стран — участников ЕАЭС.

На данный момент на российском портале более 500 тыс. вакансий и не менее 2 млн резюме. Пользователи «Работы без границ» смогут выбрать государств-членов, на территориях которых им необходимо искать работу или подобрать персонал.

Для того, чтобы воспользоваться ресурсом, необходимо авторизоваться на нем через учетную запись «Госуслуг». На официальном сайте системы утверждается, что она не передает персональные данные и не требует дополнительного создания вакансий или резюме, а берет их из действующих ресурсов.

По словам Роструда, среди направлений для дальнейшего развития проекта рассматриваются создание сервиса, предназначенного для автоматизированного оформления и подписания трудовых договоров между соискателями-гражданами и работодателями-резидентами разных государств — членов ЕАЭС, а также сервис сопоставления вакансий и резюме с использованием технологий искусственного интеллекта и машинного обучения. Пока эти предложения находятся на стадии рассмотрения в государствах ЕАЭС.

Приложение «Работа в ЕАЭС»

Вначале 2022 г. также планируется запустить мобильное приложение «Работа в ЕАЭС», которое поможет не только в поиске работы, но и в оформлении необходимых документов, писала 3 июня 2021 г. «Российская газета».

Композитный ИИ: что это такое и зачем он нужен?

Искусственный интеллект

В разговоре с изданием заместитель председателя Правительства Алексей Оверчук рассказал о том, что приложение должно помочь человеку оформить ИНН и СНИЛС еще до пересечения российской границы. В том числе оно позволит ему понять, ограничен ему въезд в другое государство или нет. Оверчук также отметил, что цифровые технологии позволяют убрать «нечистых на руку» посредников из процесса подбора персонала и работы.

По словам Оверчука, Правительство намерено приравнять электронные СНИЛС и ИНН, полученные в приложении, к бумажным, что позволит мигрантам предъявить эти документы в доказательство того, что они находятся здесь легально.

Эксперты оценили систему

В исследовании, которое проводилось компанией «Нетрика» совместно с представителями стран ЕАЭС в 2019 г., были изучены разнообразные вопросы создания для них единой информационной экосистемы.

«Помимо переводов текстов вакансий, в исследовании предлагалось сделать видео-презентации работодателей, — рассказала CNews эксперт направления “Образование” компании “Нетрика” Наталья Быстрова. — Не менее важен и стиль текстов. Если гражданин ЕАЭС не поймет то, что ему предложит портал, он обратится к своему “земляку” — местному посреднику, который помогает найти работу и получает за это определенный процент от заработной платы».

Поиск информации в системе нужно сделать максимально удобным, отмечает Быстрова. Объявления должны быть переведены на языки стран ЕАЭС и настолько детально, чтобы у соискателя не оставалось никаких вопросов. «К примеру, нужно отобразить, как можно добраться до места работы из любой другой страны ЕАЭС. Помимо того, портал должен давать возможность оценить компетенции соискателей. Например, при помощи тест-опросников, чат-собеседований, видео-презентаций соискателей», — добавляет Быстрова.

Кристина Холупова



Работа без официального трудоустройства: что нужно знать


Быстрая навигация по материалу

Понятия «неофициальной занятости», ни в каком законном документе не значится, а значит, закона о неофициальном трудоустройстве не существует. Если говорить относительно этой проблемы, то эта проблема очень распространена.

Сейчас такое время, когда люди, если они нашли работу, то соглашаются на любые условия от работодателя, в том числе и на работу без официального трудоустройства. Как показывает практика, определенный процент населения работает именно так, то есть без должного оформления. Этому явлению придумали термин «черной зарплаты». Человек то фактически трудится, выполняет какие-то услуги, создает материальные блага, производит какой-то товар, но нигде не значится, ни в отделе кадров, если такой имеется, ни в бухгалтерии, на него не заводится лицевой счет, ни анкета. Но он трудится, получает на руки зарплату, а в это время его предприимчивый работодатель, продавая, то, что создает ему такой рабочий, получает доходы, развивается и, возможно, даже процветает. Ему это экономически выгодно. Некоторые работодатели идут на такие нарушения, мотивируя для себя это тем, что считают, что ставки налогообложения официальной зарплаты для их бизнеса высоки. Таким образом, скрыв свои фактические расходы на заработную плату, он экономит свои средства при перечислении налогов. В свою очередь, у работника тоже есть свои причины, при которых он пользуется таким способом зарабатывания средств для существования, хотя карьерного роста такая работа не принесет никакого. Возможно работник таким способом пытается завуалировать свои доходы, прячась от взыскания задолженности по алиментам или другого рода долгов, либо каких-то сборов или налогов. Но чаще всего, у работника безвыходное положение. Так как, в условиях экономического кризиса страны, найти официальную работу по специальности, в соответствии с полученным образованием и с соответствующим уровнем заработной платы, не всегда представляется возможным. Поэтому находится выход идти на такой вид «трудоустройства». В этом случае, работник страдает и очень сильно. Фактически он становится официально не защищенным в социальном отношении. Работа с неофициальным трудоустройством – это невыход, надо идти за помощью к юристу.

Плюсы и минусы неофициального трудоустройства

Давайте же рассмотрим плюсы и минусы неофициального трудоустройства. Во-первых, работник теряет официальный стаж работы, который ему понадобится при оформлении пенсионных выплат. Отсутствуют гарантии каких-либо выплат, в том числе из заработной платы, потому как оговорена она была только на словах, не будут оплачены больничные листы. В случае несчастного случая, который может произойти на производстве, естественно никаких социальных выплат не предусмотрено, и они не будут выплачены этому работнику. Следует обратить внимание, что некоторые граждане приходят на прием в юридическую консультацию с гражданско-правовыми договорами. Это может быть договор подряда или оказания каких-то услуг, и они полагают, что у них имели место трудовые отношения. Данные граждане заблуждаются, но это по незнанию, а работодатель часто подменяет трудовой договор договорами гражданско-правового характера. Так вот, следует отметить, что трудовой договор, это тот договор, на который распространяются нормы действующего трудового законодательства. Что же касается гражданско-правового договора, то отношения, какого-либо, эти договоры к трудовым не имеют. Поэтому следует работникам обратить на это внимание при заключении договоров при поступлении на работу. Много приходит работников за помощью к юристам и говорят о том, что с ними будет заключен трудовой договор лишь после испытательного срока. Так вот, следует отметить, что испытательный срок, это условие трудового договора. Вне трудового договора испытательного срока не существует. В данном случае, работодатель лукавит, не желая заключить трудовые отношения в надлежащей форме.

Работодатель вправе допустить работника к работе без оформления договора. Письменный договор должен быть заключен в течение 3-х рабочих дней.

юрист по трудовому праву

Бесплатная консультация юриста в Москве и других городах РФ

Получите юридическую консультация по защите работника при работе без официального оформления

Как доказать неофициальное трудоустройство?

Отсутствие доказательств размера заработной платы, это первая проблема. Как доказать неофициальное трудоустройство? Работодатель и работник договорились о заработной плате, но это нигде не закреплено. Вообще размер заработной платы совсем не закреплен. В отличие от «серой» зарплаты, когда часть зарплаты закреплена, а часть платится в конверте, здесь вообще нет никаких доказательств. И вторая проблема, это отсутствие указания конкретной должности, которую занимает работник по этому неофициальному трудоустройству и, соответственно, отсутствие даты, с которой он допущен к работе. Когда он начал работать? Неизвестно.

Решение проблем неофициального устройства надо начинать до неофициального устройства. Итак, в процессе переговоров, работник решил для себя, что он соглашается на эти условия, надеясь, что, возможно, в будущем будет официальное трудоустройство, а сейчас нужно потерпеть. В этом случае, нужно начинать собирать доказательство того, что человек допущен к работе, это первое. И второе, нужно получить любые письменные доказательства размера своей заработной платы.

Чтобы быть ко всему готовым, обращайтесь за помощью к юристам, в компании, где получите исчерпывающую юридическую консультацию.

Работа без официального трудоустройства услуги юриста в Москве и других городах РФ

Получите юридическую консультация по телефону

Что грозит работодателю за неофициальное трудоустройство

Многих интересует следующий вопрос, что грозит работодателю за неофициальное трудоустройство. Руководителю грозит административный штраф за неофициальное трудоустройство, по этой проблеме можно проконсультироваться с юристом. Может наступить налоговая ответственность за сокрытие налогов. Если будет доказано нарушение в особо крупном размере, то наказание работодателя за неофициальное трудоустройство возможно в виде уголовного преследования.

Минус работодателю может быть еще в том, что он не сможет добиться возмещения имущества в случае воровства работником, который не оформлен официально.

Что грозит работнику за неофициальное трудоустройство

Работники также задаются вопросом, что грозит работнику за неофициальное трудоустройство. Об этом лучше всего проконсультироваться с юристом. Работник понесет ответственность по налоговому законодательству — это финансовые санкции размером в 20% от неуплаченной суммы налогов. Для иностранных граждан предусмотрены более строгие меры ответственности, вплоть до депортации и запрета на въезд. Для тех, кто планирует работать и жить на территории России, лучше подумать о смене подданства. Тем более, что сегодня получить гражданство стало намного проще. Программа переселения соотечественников в Россию дает возможность сделать это по ускоренной процедуре. Кроме того, иностранцы, вступившие в программу имеют ряд льгот и материальных поощрений. 

Внимание!  В связи с последними изменениями в законодательстве, юридическая информация в данной статьей могла устареть! Наш юрист может бесплатно Вас проконсультировать Задать вопрос юристу

Работа без работы | MIT Press

Сводка

Почему будущее труда требует деконструкции рабочих мест и реконструкции рабочих мест.

Работа традиционно понимается как «работа», а рабочие — как «ее владельцы». Вакансии структурированы по названиям, иерархиям и квалификациям. В книге «Работа без работы» Рэвин Йезутхасан и Джон Будро предлагают радикально новый взгляд на работу.Они описывают новую «рабочую операционную систему», которая разбивает рабочие места на составные части и преобразует эти компоненты в более оптимальные комбинации, отражающие навыки и способности отдельных работников. В условиях новой нормы быстро ускоряющейся автоматизации, требований к организационной гибкости, усилий по увеличению разнообразия и появления альтернативных схем работы старая система, основанная на рабочих местах и ​​их владельцах, является громоздкой и неуклюжей. Новая система Jesuthasan и Boudreau представляет собой дорожную карту для будущего работы.

Работа без работы представляет реальные кейсы, которые показывают, как ведущие организации применяют деконструкцию и переосмысление работы. Например, когда робот, чат-бот или искусственный интеллект берет на себя часть работы, в то время как человек продолжает выполнять другие части, что это за «работа»? Компания DHL нашла некоторые ответы, когда развернула социальную робототехнику в своих распределительных центрах. Тем временем биотехнологическая компания Genentech деконструировала рабочие места, чтобы повысить гибкость, вовлеченность и удержание сотрудников.Другие организации достигли гибкости благодаря внутренним рынкам талантов, обмену сотрудниками, фрилансерам, краудсорсингу и партнерским отношениям. Пришло время организациям перезагрузить свою рабочую операционную систему, и «Работа без работы» предлагает необходимое руководство для этого.

Твердый переплет
29,95 долл. США Т ISBN: 9780262046411 184 с. | 6 дюймов x 9 дюймов 8 фигур

Авторы

Равин Иезутхасан
Равин Джесутхасан, признанный футуролог и авторитет в области будущего труда, человеческого капитала и автоматизации, является старшим партнером и глобальным лидером отдела трансформационных услуг в Mercer.Он является соавтором книг Transformative HR: How Great Companies Use Evidence-Based Change for Sustainable Advantage , Lead the Work: Navigating a World Beyond Employment и Reinventing Jobs: 4-Step Approach to Application Automation to Work .
Джон В. Будро
Джон В. Будро проводит революционные исследования в области человеческого капитала, талантов и устойчивых конкурентных преимуществ. Он является почетным профессором менеджмента и организации в Школе бизнеса им. Маршалла Университета Южной Калифорнии.Он является соавтором книг Transformative HR: How Great Companies Use Evidence-Based Change for Sustainable Advantage , Lead the Work: Navigating a World Beyond Employment и Reinventing Jobs: 4-Step Approach to Application Automation to Work .

О нас | Работа без ограничений


Работа без ограничений — это сеть работодателей, образовательных учреждений, поставщиков услуг по трудоустройству, а также государственных и федеральных агентств.

Посредством сотрудничества и партнерства наша цель — увеличить занятость людей с ограниченными возможностями до тех пор, пока она не станет равной числу людей без инвалидности.

Программы и услуги

«Работа без ограничений» предназначены для удовлетворения потребностей предприятий, которые активно принимают на работу людей с ограниченными возможностями, лиц с ограниченными возможностями, ищущих работу, и поставщиков услуг по трудоустройству, которые их обслуживают.

Мы предоставляем услуги по обучению и консультированию, чтобы помочь работодателям, поставщикам услуг по трудоустройству, персоналу государственных агентств и образовательным учреждениям способствовать интеграции людей с инвалидностью на рабочем месте.

Work Without Limits координирует бизнес-сеть, которая делится передовым опытом и укрепляет доверие и успех благодаря своей приверженности включению людей с ограниченными возможностями в качестве сотрудников, клиентов и поставщиков.Предприятия частного и государственного секторов присоединяются к «Работе без ограничений», став участником бизнес-сети «Работа без ограничений».

Наша служба консультирования по вопросам льгот помогает людям с ограниченными возможностями понять, как трудовые доходы или повышение заработной платы влияют на право на получение государственных пособий, таких как SSI, SSDI, Medicaid и / или Medicare.

Наша Сеть трудоустройства (EN) обеспечивает административные функции, которые позволяют организациям на уровне сообществ получать доступ к платежам через программу Social Security Ticket to Work.EN также предлагает постоянные консультации по пособиям для поддержки получателей социального обеспечения в процессе их работы и увеличения их заработка.

Мы предлагаем образовательные и сетевые мероприятия для работодателей, поставщиков услуг по трудоустройству и людей с ограниченными возможностями. Наши мероприятия включают в себя конференцию Raise The Bar HIRE и ярмарки вакансий, а также День наставничества для людей с ограниченными возможностями, где компании-участники принимают соискателей на день изучения карьеры, наставничества и установления контактов.

Мир без работы — Атлантика

1.Янгстаун, США

Окончание работ по-прежнему остается футуристической концепцией для большей части Соединенных Штатов, но для Янгстауна, штат Огайо, это что-то вроде исторического момента, который его жители могут точно указать: 19 сентября 1977 года.

На протяжении большей части 20-го века сталелитейные заводы Янгстауна обеспечивали такое процветание, что город был образцом американской мечты, имея средний доход и уровень домовладения, которые были одними из самых высоких в стране. Но поскольку производство переместилось за границу после Второй мировой войны, сталь Янгстауна пострадала, и тем серым сентябрьским днем ​​1977 года компания Youngstown Sheet and Tube объявила о закрытии своего завода Campbell Works.В течение пяти лет город потерял 50 000 рабочих мест и 1,3 миллиарда долларов заработной платы на производстве. Эффект был настолько серьезным, что для описания последствий был придуман термин: региональная депрессия .


Послания с Фестиваля идей в Аспене / Здоровье в центре внимания

Подробнее

Янгстаун изменился не только в результате экономического кризиса, но также в результате психологического и культурного кризиса. Депрессия, супружеское насилие и самоубийства стали гораздо более распространенными; За десять лет количество пациентов в районном центре психического здоровья увеличилось втрое.В середине 1990-х в городе было построено четыре тюрьмы — редкая развивающаяся отрасль. Одним из немногих строительных проектов в центре города того периода был музей, посвященный несуществующей сталелитейной промышленности.

Этой зимой я поехал в Огайо, чтобы подумать, что произойдет, если технологии навсегда заменят большую часть человеческого труда. Я не искал экскурсии по нашему автоматизированному будущему. Я пошел, потому что Янгстаун стал национальной метафорой упадка труда, местом, где средний класс 20-го века стал музейным экспонатом.

Дерек Томпсон беседует с главным редактором Джеймсом Беннетом о состоянии занятости в Америке.

«История Янгстауна — это история Америки, потому что она показывает, что, когда уходит работа, разрушается культурная сплоченность места», — говорит Джон Руссо, профессор трудовых исследований в Государственном университете Янгстауна. «Культурный кризис имеет большее значение, чем экономический кризис».

В последние несколько лет, даже когда Соединенные Штаты частично выбрались из ямы рабочих мест, созданной Великой рецессией, некоторые экономисты и технологи предупреждали, что экономика близка к переломному моменту.Когда они внимательно вникают в данные по рынку труда, они видят тревожные признаки, на данный момент замаскированные циклическим восстановлением. И когда они отрываются от своих таблиц, они видят высокую и низкую автоматизацию — роботов в операционной и за стойкой быстрого питания. Они представляют себе беспилотные автомобили, извивающиеся по улицам, и дроны Amazon, усеивающие небо, заменяя миллионы водителей, складских складов и работников розничной торговли. Они замечают, что возможности машин — и без того огромные — продолжают экспоненциально расширяться, в то время как наши собственные остаются прежними.И они задаются вопросом: Действительно ли безопасна любая работа?

Футуристы и писатели-фантасты временами с легкостью ожидали захвата рабочих мест машинами, представляя себе изгнание тяжелой работы и ее замену обширным досугом и почти безграничной личной свободой. И не заблуждайтесь: если возможности компьютеров будут продолжать расти, в то время как стоимость вычислений будет продолжать снижаться, это будет означать, что многие предметы первой необходимости и предметы роскоши станут еще дешевле, и это будет означать большое богатство — по крайней мере, если их объединить. до уровня народного хозяйства.

Но даже если оставить в стороне вопросы о том, как распределить это богатство, повсеместное исчезновение работы приведет к социальным преобразованиям, которых мы не видели. Если Джон Руссо прав, то сохранение работы важнее, чем сохранение какой-либо конкретной работы. Трудолюбие было неофициальной религией Америки с момента ее основания. Святость и первостепенное значение труда лежат в основе политики, экономики и социального взаимодействия страны. Что может случиться, если работа уйдет?

У.С. рабочая сила формировалась тысячелетиями технического прогресса. Сельскохозяйственные технологии породили сельское хозяйство, промышленная революция переместила людей на фабрики, а затем глобализация и автоматизация вернули их обратно, породив нацию услуг. Но на протяжении этих перетасовок общее количество рабочих мест всегда увеличивалось. Возможно, надвигается нечто иное: эпоха технологической безработицы, когда компьютерные ученые и инженеры-программисты по сути выдумывают нас без работы, а общее количество рабочих мест неуклонно и неуклонно сокращается.

Этот страх не нов. Надежда на то, что машины могут освободить нас от тяжелого труда, всегда была связана со страхом, что они лишат нас свободы воли. В разгар Великой депрессии экономист Джон Мейнард Кейнс прогнозировал, что технический прогресс может позволить к 2030 году иметь 15-часовую рабочую неделю и обильный досуг. Но примерно в то же время президент Герберт Гувер получил письмо с предупреждением о том, что промышленные технологии «Монстр Франкенштейна», который угрожал перевернуть производство, «пожирая нашу цивилизацию».(Письмо пришло от мэра Пало-Альто, всех мест.) В 1962 году президент Джон Ф. Кеннеди сказал: «Если у людей есть талант изобретать новые машины, которые лишают людей работы, у них есть талант эти люди вернулись к работе ». Но два года спустя комитет ученых и общественных активистов направил открытое письмо президенту Линдону Б. Джонсону, в котором утверждалось, что «кибернетическая революция» создаст «отдельную нацию бедных, неквалифицированных и безработных», которые не смогут либо чтобы найти работу, либо позволить себе предметы первой необходимости.

Адам Леви

Рынок труда не поддавался предсказанию судьбы в те прежние времена, и, согласно наиболее часто публикуемым данным о вакансиях, до сих пор он делал то же самое и в наше время. Безработица в настоящее время составляет чуть более 5 процентов, и 2014 год стал лучшим годом в этом столетии для роста рабочих мест. Можно простить утверждение, что недавние прогнозы о технологическом замещении рабочих мест всего лишь формируют последнюю главу в длинной истории под названием Мальчики, которые плакали Робот , в которой робот, в отличие от волка, в конце концов так и не появится.

Аргумент о прекращении работы часто отвергается как «заблуждение луддитов», отсылка к британским зверям 19 века, которые разбивали машины для производства текстиля на заре промышленной революции, опасаясь, что машины нанесут вред. ткачи остались без работы. Но некоторые из наиболее трезвых экономистов начинают беспокоиться о том, что луддиты не ошиблись, а просто преждевременны. Когда бывший министр финансов Лоуренс Саммерс учился в Массачусетском технологическом институте в начале 1970-х годов, многие экономисты презирали «глупых людей, [которые] думали, что автоматизация заставит исчезнуть все рабочие места», — сказал он в Летнем институте Национального бюро экономических исследований. в июле 2013 г.«Еще несколько лет назад я не думал, что это очень сложный предмет: луддиты были неправы, а сторонники технологий и технологического прогресса были правы. Сейчас я не совсем уверен ».

2. Причины плакать Робот

Что именно означает «конец работы»? Это не означает неизбежности полной безработицы, и при этом Соединенные Штаты маловероятно столкнутся, скажем, с 30 или 50% безработицей в течение следующего десятилетия. Скорее, технологии могут оказывать медленное, но постоянное понижательное давление на стоимость и доступность работы, то есть на заработную плату и на долю трудящихся в расцвете сил, работающих полный рабочий день.В конце концов, постепенно это могло бы создать новую норму, при которой ожидание того, что работа станет центральной чертой взрослой жизни, рассеется для значительной части общества.

После 300 лет волчьего плача людей, теперь есть три веские причины серьезно отнестись к аргументу о том, что зверь у дверей: продолжающийся триумф капитала над трудом, тихая кончина рабочего и впечатляющая ловкость человека. информационные технологии.

Трудовые потери. Одно из первых, что мы могли бы ожидать увидеть в период технологического сдвига, — это сокращение человеческого труда как движущей силы экономического роста.Фактически, признаки того, что это происходит, присутствуют уже довольно давно. Доля заработной платы в объеме производства США, выплачиваемая в виде заработной платы, неуклонно снижалась в 1980-х годах, компенсировала некоторые потери в 90-х годах, а затем продолжила падать после 2000 года, ускорившись во время Великой рецессии. Сейчас он находится на самом низком уровне с тех пор, как правительство начало отслеживать ситуацию в середине 20 века.

Для объяснения этого явления был выдвинут ряд теорий, включая глобализацию и связанную с ней потерю переговорных позиций некоторых рабочих.Но Лукас Карабарбунис и Брент Нейман, экономисты из Чикагского университета, подсчитали, что почти половина спада является результатом того, что предприятия заменяют рабочих компьютерами и программным обеспечением. В 1964 году самая дорогая компания страны, AT&T, стоила 267 миллиардов долларов по сегодняшнему курсу, и в ней работало 758 611 человек. Сегодняшний телекоммуникационный гигант Google стоит 370 миллиардов долларов, но в нем всего около 55 000 сотрудников, что составляет менее одной десятой от численности персонала AT&T в период его расцвета.

Парадокс работы заключается в том, что многие люди ненавидят свою работу, но они гораздо несчастнее бездействуют.

Распространение неработающих мужчин и частично занятой молодежи. Доля работающих американцев прайм-возраста (от 25 до 54 лет) снижалась с 2000 года. Среди мужчин снижение началось еще раньше: доля мужчин прайм-возраста, которые не работают и не ищут работу, увеличилась. увеличился вдвое с конца 1970-х годов и увеличился на протяжении всего периода восстановления так же, как и во время самой Великой рецессии. В целом, сегодня примерно каждый шестой мужчина в расцвете сил либо безработный, либо вообще не работает.Это то, что экономист Тайлер Коуэн называет «ключевой статистикой» для понимания распространяющейся гнили в американской рабочей силе. Принято считать, что в нормальных экономических условиях почти все мужчины этой возрастной группы — на пике своих способностей и с меньшей вероятностью, чем женщины будут ухаживать за детьми, — должны работать. Но все меньше и меньше.

Экономисты не могут с уверенностью сказать, почему мужчины отказываются от работы, но одно из объяснений состоит в том, что технологические изменения помогли ликвидировать рабочие места, для которых многие лучше всего подходят.С 2000 года количество рабочих мест в обрабатывающей промышленности сократилось почти на 5 миллионов, или примерно на 30 процентов.

Молодые люди, которые только начинают выходить на рынок труда, также испытывают трудности — и по многим показателям это длилось годами. Спустя шесть лет восстановления доля недавних выпускников колледжей, которые являются «частично занятыми» (на должностях, которые исторически не требовали степени), все еще выше, чем в 2007 году или, если на то пошло, в 2000 году. эта «работа вне колледжа» смещается от высокооплачиваемых профессий, таких как электрик, к низкооплачиваемой работе в сфере обслуживания, такой как официант.Все больше людей получают высшее образование, но реальная заработная плата недавних выпускников колледжей упала на 7,7 процента с 2000 года. В целом, рынок труда, похоже, требует все большей и большей подготовки к все более низкой начальной заработной плате. Искажающее влияние Великой рецессии должно заставить нас с осторожностью относиться к переоценке этих тенденций, но большинство из них началось до рецессии, и они, похоже, не обнадеживают относительно будущего сферы труда.

Проницательность программного обеспечения. Одно из распространенных возражений против идеи о том, что технологии навсегда вытеснят огромное количество рабочих, состоит в том, что новые устройства, такие как киоски самообслуживания в аптеках, не смогли полностью вытеснить своих коллег-людей, таких как кассиры. Но работодателям обычно требуются годы, чтобы освоить новые машины за счет рабочих. Революция робототехники началась на заводах в 1960-х и 1970-х годах, но занятость в обрабатывающей промышленности продолжала расти до 1980 года, а затем рухнула во время последующих спадов. Аналогичным образом, «персональный компьютер существовал в 80-х, — говорит Генри Сиу, экономист из Университета Британской Колумбии, — но вы не заметили никакого влияния на офисную и административную работу до 1990-х годов, а затем внезапно, во время последней рецессии он огромен.Итак, сегодня у вас есть кассовые экраны и обещание беспилотных автомобилей, летающих дронов и маленьких складских роботов. Мы знаем, что эти задачи могут выполнять машины, а не люди. Но мы можем не увидеть эффекта до следующей рецессии или рецессии после нее ».

Райан Карсон, генеральный директор Treehouse, обсуждает преимущества 32-часовой рабочей недели.

Некоторые наблюдатели говорят, что человечество — ров, который машины не могут преодолеть. Они верят, что человеческие способности к состраданию, глубокому пониманию и творчеству неповторимы.Но, как утверждают Эрик Бриньолфссон и Эндрю Макафи в своей книге The Second Machine Age , компьютеры настолько ловки, что предсказать их применение через 10 лет практически невозможно. Кто мог предположить в 2005 году, за два года до выпуска iPhone, что смартфоны будут угрожать рабочих мест в гостиницах и в течение десятилетия, помогая домовладельцам сдавать квартиры и дома незнакомцам на Airbnb? Или что компания, стоящая за самой популярной поисковой системой, разработает беспилотный автомобиль, который вскоре может угрожать вождению, наиболее распространенному занятию среди американских мужчин?

В 2013 году исследователи Оксфордского университета прогнозировали, что машины могут выполнять половину всех U.С. рабочие места в ближайшие два десятилетия. Прогноз был смелым, но, по крайней мере, в некоторых случаях он, вероятно, не заходил достаточно далеко. Например, авторы назвали психолога одной из профессий, наименее подверженных компьютеризации. Но некоторые исследования показывают, что люди более честны на сеансах терапии, когда считают, что признаются в своих проблемах компьютеру, потому что машина не может выносить моральные суждения. Google и WebMD уже могут отвечать на вопросы, когда-то предназначенные для терапевта.Это не доказывает, что психологи идут по пути текстильщика. Скорее, это показывает, насколько легко компьютеры могут вторгаться в области, ранее считавшиеся «только для людей».

После 300 лет головокружительных инноваций люди не остаются без работы или вынуждены работать по найму. Но чтобы предположить, как это может измениться, некоторые экономисты указали на прерванную карьеру второго по важности вида в экономической истории США: лошади.

На протяжении многих веков люди создавали технологии, которые делали лошадь более производительной и более ценной, например плуги для сельского хозяйства и мечи для битв.Можно было предположить, что продолжающееся развитие дополнительных технологий сделает животное все более важным для ведения сельского хозяйства и боевых действий, которые исторически, возможно, являются двумя наиболее значимыми видами деятельности человека. Вместо этого появились изобретения, сделавшие лошадь устаревшей: трактор, автомобиль и танк. После того, как тракторы появились на американских фермах в начале 20-го века, популяция лошадей и мулов начала резко сокращаться, упав почти на 50 процентов к 1930-м годам и на 90 процентов к 1950-м годам.

Люди могут делать гораздо больше, чем просто рысь, нести и тянуть. Но навыки, необходимые в большинстве офисов, вряд ли позволят выявить весь спектр наших умственных способностей. Большинство работ по-прежнему скучны, однообразны и легко усваиваются. Наиболее распространенные профессии в Соединенных Штатах — это розничный продавец, кассир, продавец еды и напитков и офисный клерк. Вместе на этих четырех рабочих местах занято 15,4 миллиона человек — почти 10 процентов рабочей силы, или больше работников, чем в Техасе и Массачусетсе вместе взятых. Согласно исследованию Оксфорда, каждый из них очень подвержен автоматизации.

Технологии тоже создают рабочие места, но творческую половину созидательного разрушения легко переоценить. Девять из 10 работающих сегодня работают по профессиям, существовавшим 100 лет назад, и лишь 5 процентов рабочих мест, созданных в период с 1993 по 2013 год, приходятся на «высокотехнологичные» секторы, такие как компьютерная техника, программное обеспечение и телекоммуникации. Наши новейшие отрасли, как правило, являются наиболее эффективными с точки зрения трудозатрат: они просто не требуют большого количества людей. Именно по этой причине историк экономики Роберт Скидельски, сравнивая экспоненциальный рост вычислительной мощности с менее чем экспоненциальным ростом сложности работы, сказал: «Рано или поздно у нас кончатся рабочие места.

Это наверняка — или наверняка неизбежно? Нет. Знаки пока мутные и наводящие на размышления. Наиболее фундаментальные и мучительные перестройки и сокращения рабочих мест, как правило, происходят во время спадов: мы узнаем больше после следующих двух спадов. Но возможность кажется достаточно значительной — а последствия — достаточно разрушительными, — что мы в долгу перед самими собой начать думать о том, как могло бы выглядеть общество без универсальной работы, в попытке подтолкнуть его к лучшим результатам, а не к худшим.

Перефразируя писателя-фантаста Уильяма Гибсона, возможно, есть фрагменты пост-работы будущего, распределенные по настоящему. Я вижу три совпадающих возможности по мере сокращения возможностей формальной занятости. Некоторые люди, уволенные из формальной рабочей силы, посвятят свою свободу простому досугу; некоторые будут стремиться к созданию продуктивных сообществ вне рабочего места; а другие будут бороться, страстно, а во многих случаях безрезультатно, за восстановление своей производительности путем объединения рабочих мест в неформальной экономике.Это фьючерсы на потребления , коллективного творчества и на случай непредвиденных обстоятельств . В любом сочетании почти наверняка стране придется принять на себя радикально новую роль правительства.

3. Потребление: парадокс досуга

Работа — это на самом деле три вещи, — говорит Питер Фрейз, автор книги Four Futures , которая готовится к печати о том, как автоматизация изменит Америку: средства, с помощью которых экономика производит товары , средства, с помощью которых люди получают доход, и деятельность, которая придает смысл жизни многих людей.«Мы склонны объединять эти вещи, — сказал он мне, — потому что сегодня нам нужно платить людям, чтобы они, так сказать, держали свет включенным. Но в будущем изобилия вы этого не сделаете, и нам следует подумать о том, как упростить и улучшить отсутствие работы ».

Фрейз принадлежит к небольшой группе писателей, ученых и экономистов — их называют «постработниками» — которые приветствуют конец труда и даже болеют за него. В американском обществе существует «иррациональная вера в то, что работа ради работы», — говорит Бенджамин Ханникатт, еще один постработник и историк из Университета Айовы, хотя большинство рабочих мест не столь воодушевляют.Отчет Gallup об удовлетворенности сотрудников за 2014 год показал, что до 70 процентов американцев не чувствуют себя вовлеченными в свою текущую работу. Ханникатт сказал мне, что если бы работа кассира была видеоигрой — взять предмет, найти штрих-код, отсканировать его, сдвинуть предмет вперед и повторить — критики видеоигр могли бы назвать это бессмысленным. Но когда это работа, политики хвалят ее внутреннее достоинство. «Цель, смысл, идентичность, самореализация, творчество, автономия — все те вещи, которые позитивная психология показала нам как необходимые для благополучия, отсутствуют на обычной работе», — сказал он.

Пост-воркисты определенно правы в некоторых важных вещах. Оплачиваемый труд не всегда соответствует общественному благу. Воспитание детей и уход за больными — важная работа, и эта работа оплачивается плохо или вообще не оплачивается. По словам Ханникатта, в обществе после работы люди могут тратить больше времени на заботу о своих семьях и соседях; гордость может исходить от наших отношений, а не от нашей карьеры.

Сторонники пост-работы признают, что даже в лучших сценариях пост-работы гордость и ревность сохранятся, потому что репутации всегда будет мало, даже в условиях экономии изобилия.Но при правильных постановлениях правительства, по их мнению, прекращение наемного труда позволит наступить золотой век благосостояния. Ханникатт сказал, что, по его мнению, колледжи могут вновь стать культурными центрами, а не учреждениями по подготовке к работе. Он указал, что слово школа происходит от skholē, греческого слова , означающего «досуг». «Раньше мы учили людей быть свободными», — сказал он. «Теперь мы учим их работать».

Видение Ханникатта основывается на определенных предположениях о налогообложении и перераспределении, которые, возможно, не подходят многим американцам сегодня.Но даже если оставить это в стороне, это видение проблематично: оно не похоже на мир, как это в настоящее время переживает большинство безработных. По большому счету, безработные не тратят свободное время на общение с друзьями или на новые увлечения. Вместо этого они смотрят телевизор или спят. Обследования использования времени показывают, что безработные в расцвете сил тратят часть времени, когда-то работавшего, на уборку и уход за детьми. Но в особенности мужчины посвящают большую часть своего свободного времени досугу, львиная доля которого тратится на просмотр телевизора, просмотр Интернета и сон.По словам Нильсена, пенсионеры смотрят телевизор около 50 часов в неделю. Это означает, что они проводят большую часть своей жизни во сне или сидя на диване и глядя в телевизор. Теоретически у безработных больше времени для общения, но исследования показали, что они чувствуют наибольшую социальную изоляцию; На удивление трудно заменить дух товарищества кулера для воды.

Большинство людей хотят работать и несчастны, когда не могут. Проблемы безработицы выходят далеко за рамки потери дохода; люди, потерявшие работу, чаще страдают психическими и физическими недугами.«Это потеря статуса, общее недомогание и деморализация, которые проявляются соматически или психологически, или и то, и другое», — говорит Ральф Каталано, профессор общественного здравоохранения Калифорнийского университета в Беркли. Исследования показали, что оправиться от долгой безработицы труднее, чем от потери любимого человека или травмы, которая изменила жизнь. Те самые вещи, которые помогают многим людям оправиться от других эмоциональных травм — рутина, увлекательное отвлечение, повседневная цель — недоступны безработным.

Адам Леви

Переход от рабочей силы к рабочей силе для досуга, вероятно, будет особенно тяжелым для американцев, рабочих пчел богатого мира: в период с 1950 по 2012 год количество часов, отработанных на одного работника в год, значительно сократилось по всей Европе — примерно на 40 процентов в Германии и Нидерланды, но только на 10 процентов в Соединенных Штатах. Более богатые американцы с высшим образованием работают на больше, чем 30 лет назад, особенно если учесть время работы и ответов на электронную почту дома.

В 1989 году психологи Михали Чиксентмихайи и Джудит ЛеФевр провели знаменитое исследование рабочих из Чикаго, в ходе которого выяснилось, что люди на работе часто мечтают оказаться где-нибудь в другом месте. Но в анкетах эти же рабочие сообщили, что чувствуют себя лучше и менее тревожно в офисе или на заводе, чем где-либо еще. Два психолога назвали это «парадоксом работы»: многие люди более счастливы, жалуясь на работу, чем наслаждаясь чрезмерным досугом. Другие исследователи использовали термин виноватая ложечка для описания людей, которые используют средства массовой информации для расслабления, но часто чувствуют себя бесполезными, когда размышляют о своем непродуктивном простоях.Удовлетворенность выражается в настоящем времени, но нечто большее — гордость — приходит только в размышлениях о прошлых достижениях.

Пост-воркисты утверждают, что американцы так много работают, потому что их культура заставила их чувствовать себя виноватыми, когда они не работают, и что эта вина исчезнет, ​​когда работа перестанет быть нормой. Это могло бы оказаться правдой, но это непроверяемая гипотеза. Когда я спросил Ханникута, какое современное сообщество больше всего напоминает его идеал общества пост-работы, он признал: «Я не уверен, что такое место существует.

Могут развиться менее пассивные и более питательные формы массового досуга. Возможно, они уже развиваются. Интернет, социальные сети и игры предлагают развлечения, в которые так же легко ускользнуть, как просмотр телевизора, но все они более целенаправленны и часто менее изолированы. Видеоигры, несмотря на издевательства над ними, являются своего рода средством достижения цели. Джереми Бейленсон, профессор коммуникаций в Стэнфорде, говорит, что по мере совершенствования технологий виртуальной реальности «киберсуществование» людей станет таким же богатым и социальным, как и их «реальная» жизнь.Он утверждал, что игры, в которых пользователи влезают «в кожу другого человека, чтобы воплотить его или ее опыт на собственном опыте», не просто позволяют людям воплощать в жизнь чужие фантазии, но также «помогают вам жить как кто-то другой, чтобы научить вас сочувствию и просоциальности. навыки.»

Но трудно себе представить, чтобы досуг мог когда-либо полностью заполнить вакуум достижений, оставшийся после упадка труда. Большинству людей действительно нужно добиваться чего-то посредством, да, работа , чтобы прочувствовать устойчивое чувство цели. Чтобы представить себе будущее, которое предлагает более чем ежеминутное удовлетворение, мы должны представить, как миллионы людей могут найти значимую работу без формальной заработной платы.Итак, вдохновленный предсказаниями одного из самых известных американских экономистов в сфере труда, я объехал по дороге в Янгстаун и остановился в Колумбусе, штат Огайо.

4. Общинное творчество: месть ремесленников

Ремесленники составляли изначальный американский средний класс. До того, как индустриализация охватила экономику США, многие люди, не работавшие на фермах, были серебряниками, кузнецами или мастерами по дереву. Эти ремесленники были отточены на машинах массового производства в 20 веке.Но Лоуренс Кац, экономист из Гарварда, считает, что следующая волна автоматизации вернет нас в эпоху мастерства и артистизма. В частности, он с нетерпением ожидает разветвлений трехмерной печати, когда машины создают сложные объекты из цифровых дизайнов.

Фабрики, возникшие более века назад, «могли производить Model Ts, вилки, ножи, кружки и стаканы стандартным и дешевым способом, и это привело к тому, что ремесленники вышли из бизнеса», — сказал мне Кац. «Но что, если новые технологии, такие как машины для трехмерной печати, могут делать индивидуальные вещи, которые почти так же дешевы? Возможно, информационные технологии и роботы устранят традиционные рабочие места и сделают возможной новую кустарную экономику … экономику, ориентированную на самовыражение, где люди будут заниматься творчеством в свое время.”

Чаще всего работают продавец, кассир, продавец еды и напитков и офисный клерк. Каждый из них очень подвержен автоматизации.

Другими словами, это будет будущее не потребления, а творчества, поскольку технология возвращает инструменты конвейера отдельным лицам, демократизируя средства массового производства.

Нечто подобное будущее уже присутствует в небольшом, но растущем числе промышленных магазинов, называемых «makerspaces», которые появились в Соединенных Штатах и ​​во всем мире.Литейная фабрика Columbus Idea Foundry — крупнейшее в стране такое пространство, огромная переоборудованная обувная фабрика, оснащенная оборудованием индустриального века. Несколько сотен членов платят ежемесячную плату за использование своего арсенала машин для изготовления подарков и украшений; сварить, отделать и покрасить; играть с плазменными резаками и работать на угловой шлифовальной машине; или работать на токарном станке с машинистом.

Когда я прибыл туда морозным февральским днем, на классной доске, стоящей на мольберте у двери, были видны три стрелки, указывающие на ванные комнаты, литье олова и зомби.Возле входа трое мужчин с черными кончиками пальцев и в запачканных жиром рубашках по очереди чинили токарный станок по металлу 60-летней давности. Позади них местный художник учил пожилую женщину переносить ее фотографии на большой холст, в то время как пара парней кормила пиццу в каменной печи, работающей на пропане. В другом месте мужчины в защитных очках сварили вывеску местного ресторана, где подают блюда из курицы, в то время как другие вбивали коды в управляемый компьютером станок для лазерной резки. Под грохотом сверления и резки дерева рок-станция Pandora звонко гудела из подключенного к Wi-Fi рожка для фонографа Эдисона.Литейный цех — это не просто мастерская инструментов. Это социальный центр.

Адам Леви

Алекс Бандар, основавший литейное производство после получения докторской степени в области материаловедения и инженерии, имеет теорию о ритмах изобретений в американской истории. Он сказал мне, что за последнее столетие экономика перешла от оборудования к программному обеспечению, от атомов к битам, и люди проводят больше времени за работой перед экранами. Но по мере того, как компьютеры берут на себя все больше задач, ранее считавшихся прерогативой людей, маятник будет переключаться с битов на атомы, по крайней мере, когда дело доходит до того, как люди проводят свои дни.Бандар считает, что общество, озабоченное цифровыми технологиями, начнет ценить чистое и отчетливое удовольствие от создания вещей, к которым можно прикоснуться. «Я всегда хотел открыть новую эру технологий, когда роботы будут выполнять наши приказы», ​​- сказал Бандар. «Если у вас лучшие батареи, лучшая робототехника, более ловкие манипуляции, то можно сказать, что роботы выполняют большую часть работы. Так что же нам делать? Играть? Рисовать? На самом деле снова разговаривать друг с другом? »

Вам не нужно особой привязанности к плазменным резакам, чтобы увидеть красоту экономики, в которой десятки миллионов людей делают вещи, которые им нравятся, — физические или цифровые, в зданиях или онлайн-сообществах — и получают отзывы и признательность за их работа.Интернет и дешевая доступность художественных инструментов уже позволили миллионам людей создавать культуру из своих жилых комнат. Люди загружают более 400 000 часов видео на YouTube и 350 миллионов новых фотографий в Facebook каждый день. Упадок формальной экономики может освободить многих потенциальных художников, писателей и ремесленников, чтобы они могли посвятить свое время творческим интересам — жить в качестве производителей культуры. Такая деятельность предлагает достоинства, которые многие организационные психологи считают центральными для удовлетворения от работы: независимость, возможность развить мастерство и целеустремленность.

После посещения литейного цеха я сел за длинный стол с несколькими членами, деля пиццу, которая вышла из общей печи. Я спросил их, что они думают о своей организации как о модели будущего, в котором автоматизация проникнет дальше в формальную экономику. Художница смешанной техники по имени Кейт Морган сказала, что большинство людей, которых она знала на литейном заводе, бросили бы свою работу и использовали бы литейный завод, чтобы начать свой собственный бизнес, если бы могли. Другие говорили о фундаментальной потребности быть свидетелями результатов своей работы, которая была больше удовлетворена мастерством, чем другой работой, которую они выполняли.

В конце разговора к нам присоединился Терри Гринер, инженер, который построил миниатюрные паровые двигатели в своем гараже до того, как Бандар пригласил его присоединиться к литейному производству. Его пальцы были покрыты копотью, и он рассказал мне о своей гордости за свою способность все исправлять. «Я работаю с 16 лет. Я работал в сфере общественного питания, работал в ресторане, работал в больнице и занимался программированием. Я выполнял много разных работ, — сказал Гринер, отец которого сейчас разведен. «Но если бы у нас было общество, которое говорило бы:« Мы позаботимся о вашем самом необходимом, вы можете работать в магазине », — я думаю, это было бы утопией.Для меня это был бы лучший из возможных миров ».

5. На случай непредвиденных обстоятельств: «Ты сам по себе»

В одной миле к востоку от центра Янгстауна, в кирпичном здании, окруженном несколькими пустыми участками, находится знаменитый дайвинг для синих воротничков Royal Oaks. Примерно в 17:30. в среду заведение было почти заполнено. Бар светился желтым и зеленым светом от светильников, установленных вдоль стены. Старые пивные вывески, трофеи, маски и манекены были загромождены в дальнем углу главной комнаты, как остатки вечеринок на чердаке.В основном это были мужчины среднего возраста, некоторые в группах, громко говорили о бейсболе и слабо пахли травой; некоторые пили в баре в одиночестве, тихо сидя или слушая музыку в наушниках. Я разговаривал там с несколькими посетителями, которые работают музыкантами, художниками или разнорабочими; многие не имели постоянной работы.

«Это конец определенного вида наемной работы», — сказала Ханна Вудруф, бармен, которая, как выяснилось, также является аспирантом Чикагского университета. (Она пишет диссертацию о Янгстауне как предвестнике будущего работы.) Многие люди в городе сводят концы с концами с помощью «договоренностей после заработной платы», — сказала она, — работая по найму или под столом, или работая в сфере торговых услуг. Такие места, как Royal Oaks, — это новые профсоюзные залы: люди ходят туда не только, чтобы расслабиться, но и чтобы найти торговцев для определенной работы, например, ремонта автомобилей. Другие идут обмениваться свежими овощами, выращенными в городских садах, которые они разбили на пустырях Янгстауна.

Когда весь район, например Янгстаун, страдает от высокой и продолжительной безработицы, проблемы, вызванные безработицей, выходят за рамки личной сферы; повсеместная безработица разрушает кварталы и уносит их гражданский дух.Джон Руссо, профессор штата Янгстаун, который является соавтором истории города, Steeltown USA , говорит, что местная самобытность сильно пострадала, когда жители потеряли возможность найти надежную работу. «Я не могу это подчеркнуть: речь идет не только об экономике; это психологически, — сказал он мне.

Руссо видит в Янгстауне передовой край более широкой тенденции к развитию того, что он называет «прекариатом» — рабочего класса, который переключается от задачи к задаче, чтобы свести концы с концами, и страдает от потери трудовых прав, права на ведение переговоров и безопасность работы.В Янгстауне многие из этих рабочих к настоящему времени примирились с незащищенностью и бедностью, построив самобытность и некоторую долю гордости вокруг непредвиденных обстоятельств. Вера, которую они потеряли в институты — корпорации, покинувшие город, полиция, которая не смогла их обезопасить, — не вернулась. Но Руссо и Вудруф сказали мне, что они делают ставку на собственную независимость. Таким образом, место, которое когда-то определялось целеустремленностью стали, которую производили его жители, постепенно научилось ценить всестороннюю находчивость.

Карен Шуберт, 54-летняя писательница с двумя степенями магистра, в начале этого года устроилась на неполный рабочий день хозяйкой кафе в Янгстауне, после нескольких месяцев поиска работы на полную ставку. Шуберт, у которой двое взрослых детей и внук, сказала, что ей нравилось преподавать письмо и литературу в местном университете. Но многие колледжи заменили профессоров, занятых полный рабочий день, дополнительными профессорами, чтобы контролировать расходы, и она обнаружила, что с учетом времени, которое она могла получить, дополнительное обучение не приносило прожиточного минимума, поэтому она прекратила обучение.«Думаю, я бы почувствовала себя неудачницей, если бы не знала, что многие американцы попали в одну и ту же ловушку», — сказала она.

Возможно, ХХ век покажется будущим историкам отклонением от нормы, с его религиозной преданностью чрезмерной работе во времена процветания.

Среди прекариата Янгстауна можно увидеть третье возможное будущее, когда миллионы людей годами борются за достижение цели в отсутствие формальной работы и где предпринимательство возникает из необходимости.Но хотя ему не хватает удобств экономики потребления или культурного богатства кустарного будущего Лоуренса Каца, он более сложен, чем прямая антиутопия. «Есть молодые люди, работающие неполный рабочий день в условиях новой экономики, которые чувствуют себя независимыми, чья работа и личные отношения зависят от обстоятельств и говорят, что им это нравится — иметь короткие часы, чтобы у них было время сосредоточиться на своих увлечениях», — сказал Руссо. .

Заработной платы Шуберт в кафе недостаточно, чтобы жить, и в свободное время она продает книги своих стихов на чтениях и организует собрания литературно-художественного сообщества в Янгстауне, где другие писатели (многие из них также частично заняты) поделитесь своей прозой.По словам нескольких жителей, исчезновение работы углубило местное искусство и музыку, потому что люди, склонные к искусству, имеют так много времени, чтобы проводить друг с другом. «Мы ужасно бедное и истекающее кровью население, но люди, которые здесь живут, бесстрашные, творческие и феноменальные», — сказал Шуберт.

Независимо от того, есть ли у кого-то артистические амбиции, как у Шуберта, возможно, становится легче найти краткосрочные концерты или временную работу. Как это ни парадоксально, причина в технологиях.Созвездие компаний, подключенных к Интернету, подбирает доступных сотрудников для быстрой работы, в первую очередь это Uber (для водителей), Seamless (для разносчиков еды), Homejoy (для уборщиков дома) и TaskRabbit (для всех остальных). И онлайн-рынки, такие как Craigslist и eBay, также упростили для людей выполнение небольших независимых проектов, таких как ремонт мебели. Хотя экономика по требованию еще не является основной частью картины занятости, по данным Бюро статистики труда, с 2010 года количество работников «служб временной помощи» выросло на 50 процентов.

Некоторые из этих сервисов в конечном итоге тоже могут быть узурпированы машинами. Но приложения по запросу также распределяют работу, разделяя рабочие места, такие как вождение такси, на сотни небольших задач, таких как одна поездка, что позволяет большему количеству людей соревноваться за более мелкие части работы. Эти новые механизмы уже бросают вызов юридическим определениям работодатель и служащий , и есть много причин для неоднозначного отношения к ним. Но если в будущем будет сокращаться количество рабочих мест с полной занятостью, как в Янгстауне, то разделение части оставшейся работы между многими работниками, занятыми неполный рабочий день, вместо нескольких сотрудников, работающих полный рабочий день, не обязательно будет плохим развитием.Мы не должны слишком спешить с критикой компаний, которые позволяют людям совмещать свою работу, искусство и отдых любым способом, который они выберут.

Сегодня нормой является представление о занятости и безработице как о черно-белой двоичной системе, а не о двух точках на противоположных концах широкого спектра условий труда. Однако еще в середине XIX века современного понятия «безработица» в Соединенных Штатах не существовало. Большинство людей жили на фермах, и хотя оплачиваемая работа приходила и уходила, домашняя промышленность — консервное, швейное, столярное дело — оставалась постоянной.Даже во время самой тяжелой экономической паники люди обычно находили продуктивные занятия. Уныние и беспомощность безработицы были обнаружены к разочарованию и разочарованию культурных критиков только после того, как фабричная работа стала доминирующей и города разрослись.

21-й век, если он представит меньше рабочих мест с полной занятостью в секторах, которые можно автоматизировать, мог бы в этом отношении напоминать середину 19-го века: экономика, отмеченная эпизодической работой по целому ряду видов деятельности, потерей любой из которых не заставит кого-нибудь внезапно бездействовать.Многие недовольны тем, что случайные концерты предлагают дьявольскую сделку — небольшую дополнительную автономию в обмен на большую потерю безопасности. Но некоторые могут преуспеть на рынке, где вознаграждаются универсальность и суета — где, как в Янгстауне, мало работы, но есть чем заняться.

6. Правительство: видимая рука

В 1950-х Генри Форд II, генеральный директор Ford, и Уолтер Ройтер, глава профсоюза United Auto Workers, посетили новый завод по производству двигателей в Кливленде.Форд указал на парк машин и сказал: «Уолтер, как вы собираетесь заставить этих роботов платить профсоюзные взносы?» Босс профсоюза ответил: «Генри, как вы собираетесь заставить их покупать ваши машины?»

Как пишет Мартин Форд (не родственник) в своей новой книге The Rise of the Robots , эта история может быть апокрифической, но ее послание поучительно. Мы довольно хорошо замечаем немедленные последствия замены рабочих технологиями, например уменьшение количества людей в производственном цехе.Сложнее предвидеть последствия этого преобразования второго порядка, такие как то, что происходит с потребительской экономикой, когда вы забираете потребителей.

Технологический прогресс в масштабах, которые мы себе представляем, приведет к социальным и культурным изменениям, которые почти невозможно полностью представить. Подумайте, насколько фундаментально работа сформировала географию Америки. Сегодняшние прибрежные города представляют собой беспорядочную смесь офисных зданий и жилых помещений. Оба дороги и жестко ограничены.Но сокращение работы сделало бы ненужными многие офисные здания. Что это может означать для оживления городских районов? Смогут ли офисные помещения легко уступить место квартирам, позволив большему количеству людей жить с меньшими затратами в центрах городов, а сами города останутся такими же оживленными? Или мы увидим пустые ракушки и распространяющуюся болезнь? Были бы большие города вообще иметь смысл, если бы их роль как чрезвычайно сложных трудовых экосистем была уменьшена? По мере того, как 40-часовая рабочая неделя сошла на нет, идея длительных поездок дважды в день почти наверняка поразит будущие поколения устаревшей и непонятной тратой времени.Но предпочтут ли эти поколения жить на улицах, заполненных многоэтажками, или в небольших городах?

Сегодня многие работающие родители обеспокоены тем, что проводят слишком много часов в офисе. Поскольку полный рабочий день сокращался, воспитание детей могло стать менее утомительным. А поскольку возможности трудоустройства исторически стимулировали миграцию в Соединенных Штатах, мы можем видеть меньше ее; диаспора из больших семей может уступить место более сплоченным кланам. Но если мужчины и женщины потеряют свое предназначение и достоинство из-за ухода с работы, эти семьи все равно будут в беде.

Сокращение рабочей силы сделало бы нашу политику более спорной. Решение о том, как облагать прибыль налогом и распределять доход, может стать самой важной дискуссией по экономической политике в истории Америки. В книге The Wealth of Nations Адам Смит использовал термин невидимая рука для обозначения порядка и социальных выгод, которые, как ни странно, возникают в результате эгоистичных действий людей. Но чтобы сохранить потребительскую экономику и социальную ткань, правительствам, возможно, придется принять то, что Харухико Курода, управляющий Банка Японии, назвал видимой рукой экономического вмешательства.Далее следует предварительный набросок того, как все это может работать.

В ближайшем будущем местные органы власти могут преуспеть, создав все более и более амбициозные общественные центры или другие общественные места, где жители могут встречаться, учиться навыкам, заниматься спортом или ремеслами и общаться. Два из наиболее распространенных побочных эффектов безработицы — это одиночество на индивидуальном уровне и угнетение общественной гордости. Национальная политика, направленная на направление денег центрам в неблагополучных районах, могла бы вылечить недуги безделья и стать началом долгосрочного эксперимента по возвращению людей в их районы при отсутствии полной занятости.

Мы также могли бы облегчить людям открытие собственного малого (и даже частичного) бизнеса. Формирование нового бизнеса снизилось за последние несколько десятилетий во всех 50 штатах. Один из способов взрастить зарождающиеся идеи — создать сеть бизнес-инкубаторов. Здесь Янгстаун предлагает неожиданную модель: его бизнес-инкубатор получил международное признание, а его успех дал новую надежду Вест-Федерал-стрит, главной улице города.

Ближе к началу массового снижения доступности рабочих мест Соединенные Штаты могли бы извлечь уроки из Германии по разделению рабочих мест.Правительство Германии стимулирует фирмы сокращать рабочие часы всех своих рабочих, а не увольнять некоторых из них в тяжелые времена. Таким образом, компания с 50 сотрудниками, которая в противном случае могла бы уволить 10 человек, вместо этого сокращает рабочие часы всех на 20 процентов. Такая политика поможет работникам устоявшихся фирм сохранить свою привязанность к рабочей силе, несмотря на сокращение общего количества рабочей силы.

У такой работы есть свои пределы. Некоторыми рабочими местами нелегко разделить, и в любом случае совместное использование рабочих мест не остановит сокращение трудового пирога: оно только разделит его части по-другому.В конце концов, Вашингтону придется как-то распределять богатство.

Один из способов сделать это — облагать налогом растущую долю дохода, идущую владельцам капитала, и использовать деньги для сокращения чеков всем взрослым. Эта идея, называемая «универсальным базовым доходом», в прошлом получала поддержку обеих партий. В настоящее время ее поддерживают многие либералы, а в 1960-х Ричард Никсон и консервативный экономист Милтон Фридман предложили свою версию идеи. Несмотря на эту историю, политика универсального дохода в мире без универсального труда будет устрашающей.Богатые могли с некоторой точностью сказать, что их тяжелый труд субсидировал безделье миллионов «берущих». Более того, хотя универсальный доход может заменить потерянную заработную плату, он мало что сделает для сохранения социальных преимуществ труда.

Оксфордские исследователи прогнозируют, что машины могут выполнять половину всех рабочих мест в США в течение двух десятилетий.

Самым прямым решением последней проблемы было бы, если бы правительство платило людям за то, чтобы они что-то делали, а не за ничего.Хотя это попахивает старым европейским социализмом или «работой» времен Великой депрессии, это может помочь сохранить такие добродетели, как ответственность, свободу воли и трудолюбие. В 1930-е годы Управление производственного процесса сделало больше, чем просто восстановило инфраструктуру страны. Он нанял 40 000 художников и других деятелей культуры для создания музыки и театра, фресок и картин, путеводителей по штатам и регионам, а также для изучения государственных документов. Нет ничего невозможного вообразить что-то вроде WPA — или еще более масштабное мероприятие — для будущего после работы.

Как это может выглядеть? Несколько национальных проектов могут оправдать прямой найм, например, уход за растущим населением пожилых людей. Но если баланс работы продолжит смещаться в сторону мелкой и эпизодической, простейшим способом помочь всем оставаться занятыми может быть государственное спонсирование национального онлайн-рынка труда (или, в качестве альтернативы, ряда местных, спонсируемых местными властями). правительства). Отдельные лица могли искать большие долгосрочные проекты, такие как уборка после стихийного бедствия, или небольшие краткосрочные: час репетиторства, вечер развлечений, художественная комиссия.Запросы могут исходить от органов местного самоуправления, общественных ассоциаций или некоммерческих групп; из богатых семей, ищущих няню или репетиторов; или от других лиц, которым ежегодно предоставляется определенное количество кредитов для «траты» на сайте. Чтобы обеспечить базовый уровень привязанности к рабочей силе, правительство могло бы платить взрослым фиксированную ставку в обмен на некоторый минимальный уровень активности на сайте, но люди всегда могли зарабатывать больше, принимая больше концертов.

Хотя цифровой WPA может показаться некоторым людям странным анахронизмом, он будет похож на федерализованную версию Mechanical Turk, популярного дочернего сайта Amazon, где отдельные лица и компании публикуют проекты различной сложности, а так называемые Turks — на другом. завершайте просмотр заданий и собирайте деньги за выполненные.Механический турок был разработан для перечисления задач, которые не могут быть выполнены компьютером. (Название является намеком на австрийскую мистификацию 18-го века, в которой знаменитый автомат, который, казалось, мастерски играл в шахматы, скрывал человека-игрока, который выбирал ходы и перемещал фигуры.)

Государственный рынок также может специализироваться на этих задачах. это требовало сочувствия, человечности или личного контакта. Объединив миллионы людей в один центральный узел, это может даже вдохновить то, что писатель по технологиям Робин Слоан назвал «кембрийским взрывом мега-масштабных творческих и интеллектуальных поисков, поколение проектов масштаба Википедии, которые могут попросить своих пользователей еще глубже. обязательства.

Адам Леви

Следует привести доводы в пользу использования инструментов правительства для создания других стимулов, чтобы помочь людям избежать типичных ловушек безработицы и построить богатую жизнь и динамичные сообщества. В конце концов, сотрудники Columbus Idea Foundry, вероятно, не родились с врожденной любовью к работе на токарном станке или лазерной резке. Овладение этими навыками требует дисциплины; дисциплина требует образования; а образование для многих людей предполагает ожидание того, что часы зачастую разочаровывающей практики в конечном итоге окажутся полезными.В обществе, пережившем работу, финансовая выгода от образования и профессиональной подготовки не будет такой очевидной. Это особая задача — представить себе процветающее общество после работы: как люди откроют для себя свои таланты или вознаграждение, полученное благодаря опыту, если они не видят особых стимулов к развитию?

Возможно, в конечном итоге стоит рассмотреть вопрос о умеренных выплатах молодым людям за посещение и окончание колледжа, программы профессионального обучения или семинары в общественных центрах. Это кажется радикальным, но цель была бы консервативной — сохранить статус-кво образованного и заинтересованного общества.Какими бы ни были их карьерные возможности, молодые люди все равно вырастут гражданами, соседями и даже, иногда, работниками. Поощрение к образованию и обучению может быть особенно полезным для мужчин, которые с большей вероятностью уйдут в свои жилые комнаты, когда станут безработными.

7. Работа и призвания

Спустя десятилетия, возможно, ХХ век покажется будущим историкам заблуждением, с его религиозной преданностью чрезмерной работе во времена процветания, его ограничением семьи в служении возможностям трудоустройства, смешение дохода с самооценкой.Общество после работы, которое я описал, является искаженным зеркалом современной экономики, но во многих отношениях оно отражает забытые нормы середины XIX века — средний класс ремесленников, примат местных сообществ и незнание широко распространенных безработица.

Три возможных варианта будущего: потребление, коллективное творчество и непредвиденные обстоятельства — это не отдельные пути, отходящие от настоящего. Они могут переплетаться и даже влиять друг на друга. Развлечения, несомненно, станут более захватывающими и будут оказывать гравитационное притяжение на людей, которым нечего делать.Но если это все, что произойдет, общество потерпит неудачу. Литейный завод в Колумбусе показывает, как «третьи места» в жизни людей (сообщества, отделенные от их домов и офисов) могут стать центральными для взросления, обучения новым навыкам, открытия страстей. И с такими местами или без них многим людям нужно будет принять находчивость, которую со временем приобрели такие города, как Янгстаун, которые, даже если они кажутся музейными экспонатами старой экономики, могут предсказать будущее для многих других городов в следующие 25 лет. .

В мой последний день в Янгстауне я встретился с Ховардом Джеско, 60-летним аспирантом штата Янгстаун, в бургерной на главной улице. Через несколько месяцев после Черной пятницы 1977 года, когда Джеско был студентом Университета штата Огайо, ему позвонил его отец, производитель специальных шлангов недалеко от Янгстауна. «Не возвращайся сюда по работе», — сказал его отец. «Их больше не будет». Спустя годы Джеско вернулся в Янгстаун, чтобы работать, но недавно он уволился, продавая такие продукты, как гидроизоляционные системы, строительным компаниям; его клиенты были опустошены Великой рецессией и больше не покупали много.Примерно в то же время замена левого колена из-за дегенеративного артрита привела к 10-дневному пребыванию в больнице, что дало ему время подумать о будущем. Джеско решил вернуться в школу, чтобы стать профессором. «Моим истинным призванием, — сказал он мне, — всегда было учить».

Согласно одной из теорий работы, люди склонны видеть себя в работе, карьере или призвании. Люди, которые говорят, что их работа — это «просто работа», подчеркивают, что они работают за деньги, а не стремятся к какой-либо высшей цели.Те, у кого чисто карьеристские амбиции, сосредоточены не только на доходе, но и на статусе, который приходит с повышением по службе и растущей известностью своих коллег. Но человек преследует призвание не только ради заработной платы или статуса, но и ради выполнения самой работы.

Когда я думаю о роли, которую работа играет в самооценке людей — особенно в Америке, — перспектива безработного будущего кажется безнадежной. Не существует универсального базового дохода, который мог бы предотвратить гражданское разрушение страны, построенной на горстке рабочих, постоянно субсидирующих безделье десятков миллионов людей.Но будущее за вычетом работы все еще дает надежду, потому что потребность в оплачиваемой работе сейчас не позволяет многим людям искать занятия с погружением, которые им нравятся.

После разговора с Джеско я вернулся к машине, чтобы уехать из Янгстауна. Я думал о жизни Джеско, какой она могла бы быть, если бы сталелитейные заводы Янгстауна никогда не уступали место музею стали — если бы город продолжал обеспечивать стабильную и предсказуемую карьеру для своих жителей. Если бы Джеско устроился на работу в сталелитейную промышленность, он мог бы готовиться к выходу на пенсию сегодня.Вместо этого эта отрасль рухнула, а затем, спустя годы, разразилась еще одна рецессия. Результатом этого кумулятивного горя стало то, что Ховард Джеско не уходит на пенсию в 60 лет. Он получает степень магистра, чтобы стать учителем. Потребовалась потеря стольких рабочих мест, чтобы заставить его продолжать работу, которую он всегда хотел делать.

Пост-работа: радикальная идея мира без работы | Работа

Работа хозяина современного мира. Для большинства людей невозможно представить общество без него.Он доминирует и проникает в повседневную жизнь — особенно в Великобритании и США — более полно, чем когда-либо в новейшей истории. Одержимость трудоустройством пронизывает образование. Даже лица, претендующие на получение пособия с тяжелой формой инвалидности, должны искать работу. Корпоративные суперзвезды демонстрируют свой эпический график работы. «Трудолюбивые семьи» идеализируются политиками. Друзья предлагают друг другу бизнес-идеи. Технологические компании убеждают своих сотрудников, что круглосуточная работа — это игра. Компании гиг-экономики заявляют, что круглосуточная работа — это свобода.Рабочие ездят дальше, реже бастуют, позже выходят на пенсию. Цифровые технологии позволяют работе вторгаться в досуг.

При всех этих взаимоусиливающих способах работа все больше формирует наш распорядок и психику и вытесняет другие влияния. Как написала Джоанна Биггс в своей тихо тревожной книге 2015 года «Весь день: портрет Британии в действии»: «Работа — это… то, как мы придаем смысл нашей жизни, когда религия, партийная политика и общество отпадают».

И все же работа не работает для все большего количества людей, все больше и больше способов.Мы сопротивляемся признанию того, что это нечто большее, чем изолированные проблемы — такова центральная роль работы в наших системах убеждений, — но свидетельства ее неудач повсюду вокруг нас.

В качестве источника существования, не говоря уже о процветании, работы сейчас недостаточно для целых социальных классов. В Великобритании почти две трети бедных — около 8 миллионов человек — проживают в работающих домохозяйствах. В США средняя заработная плата не меняется уже полвека.

Как источник социальной мобильности и самооценки работа все чаще подводит даже самых образованных людей — предположительно победителей системы.В 2017 году половина недавних выпускников из Великобритании были официально отнесены к категории «работающих без аспирантуры». В США «вера в труд рушится среди людей в возрасте от 20 до 30 лет», — говорит Бенджамин Ханникатт, ведущий историк труда. «Они не ищут в своей работе удовлетворения или социального продвижения». (Вы можете ощущать это каждый раз, когда выпускник с отстраненным взглядом угощает вас латте.)

Работа становится все более нестабильной: больше нулевых рабочих часов или краткосрочных контрактов; больше самозанятых людей с неустойчивым доходом; больше корпоративных «реструктуризаций» для тех, у кого еще остались рабочие места.Как источник устойчивого потребительского бума и массового владения жильем — на протяжении большей части 20-го века — главных успехов господствующей западной экономической политики — работа ежедневно дискредитируется нашими продолжающимися долговыми и жилищными кризисами. Для многих людей, не только очень богатых, работа стала менее важной в финансовом отношении, чем наследование денег или владение домом.

Независимо от того, смотрите ли вы в экран весь день или продаете другим низкооплачиваемым людям товары, которые они не могут себе позволить, все больше и больше работы кажется бессмысленной или даже вредной для общества — то, что американский антрополог Дэвид Грэбер назвал «дерьмовыми рабочими местами» в известной статье 2013 года. .Среди прочего, Грэбер осудил «руководителей прямых инвестиций, лоббистов, PR-исследователей… телемаркетеров, судебных приставов» и «вспомогательные отрасли (мойки собак, круглосуточная доставка пиццы), которые существуют только потому, что все проводят большую часть своего времени на работе». .

Аргумент казался субъективным и грубым, но экономические данные все больше подтверждают его. Рост производительности или стоимости того, что производится за час работы, замедляется во всем богатом мире, несмотря на постоянное измерение производительности сотрудников и интенсификацию рабочего режима, из-за чего все больше и больше рабочих мест становится практически невыносимым.

Неудивительно, что работа все чаще рассматривается как вредная для вашего здоровья: «Стресс… огромный список дел… [и] долгие часы сидения за столом», — отмечает в своей новой книге профессор Cass Business School Питер Флеминг: Смерть Homo Economicus начинает рассматриваться медицинскими властями как сродни курению.

Работа плохо распределена. У людей есть слишком много, слишком мало или и то, и другое в один и тот же месяц. А вдали от наших непредсказуемых и постоянно потребляющих рабочих мест жизненно важной человеческой деятельности все больше пренебрегают.Рабочим не хватает времени или энергии, чтобы внимательно воспитывать детей или заботиться о пожилых родственниках. «Кризис работы — это также кризис дома», — заявили социальные теоретики Хелен Хестер и Ник Срничек в прошлогодней статье. Это пренебрежение будет только ухудшаться по мере роста и старения населения.

И, наконец, помимо всех этих дисфункций, вырисовываются самые обсуждаемые, наиболее существенные угрозы для работы в том виде, в каком мы ее знаем: автоматизация и состояние окружающей среды. По некоторым недавним оценкам, в ближайшие два десятилетия искусственный интеллект может занять от трети до половины всех рабочих мест.Другие синоптики сомневаются в том, что работа может быть продолжена в ее нынешней токсичной форме на теплеющей планете.

Подобно слишком далеко разросшейся империи, работа может быть и более мощной, и более уязвимой, чем когда-либо прежде. Мы хорошо знаем, что на работе умножаются проблемы, но решить их все невозможно. Не пора ли задуматься об альтернативе?


Наша культура труда пытается скрыть свои недостатки, утверждая, что она неизбежна и естественна. «Человечество запрограммировано на работу», — как выразился депутат-консерватор Ник Болес в своей новой книге «Квадратная сделка».Это аргумент, который многие из нас давно усвоили.

Но не совсем все. Идея мира, свободного от работы, полностью или частично, периодически выражалась — и высмеивалась, и подавлялась — на протяжении всего существования современного капитализма. Неоднократно обещание меньшего количества работы было заметным в видении будущего. В 1845 году Карл Маркс писал, что в коммунистическом обществе рабочие будут освобождены от монотонности единственной иссушающей работы: «утром охотиться, днем ​​ловить рыбу, вечером разводить скот, а после обеда критиковать».В 1884 году социалист Уильям Моррис предложил, чтобы на «красивых» фабриках будущего, окруженных садами для отдыха, сотрудники работали только «четыре часа в день».

В 1930 году экономист Джон Мейнард Кейнс предсказал, что к началу 21 века развитие технологий приведет к «эпохе досуга и изобилия», когда люди будут работать 15 часов в неделю. В 1980 году, когда роботы начали сокращать фабрики, французский социально-экономический теоретик Андре Горц заявил: «Отмена труда — это уже начатый процесс … Способ, которым [им] управлять … составляет центральную политическую проблему ближайшие десятилетия.

С начала 2010-х годов, когда кризис в сфере труда стал все более неизбежным в США и Великобритании, эти еретические идеи были заново открыты и получили дальнейшее развитие. Краткая полемика, такая как «бессмысленная работа» Грэбера, сменялась более подробными книгами, создавая быстрорастущую литературу, в которой критика работает как идеология (иногда называя ее «трудоустройством») и исследует, что могло бы занять ее место. Возникло новое антирабочее движение.

Иллюстрация: Натали Лис / The Guardian

Гребер, Хестер, Срничек, Ханникатт, Флеминг и другие являются членами разрозненной трансатлантической сети мыслителей, которые отстаивают совершенно иное будущее для западных экономик и обществ, а также для более бедных стран, где Они утверждают, что кризисы в сфере труда и угроза для него со стороны роботов и изменения климата еще больше.Они называют это будущее «пост-работой».

Для некоторых из этих писателей это будущее должно включать универсальный базовый доход (UBI) — в настоящее время самая громкая и спорная идея после работы — выплачиваемый государством каждому человеку трудоспособного возраста, чтобы они могли выжить, когда приходит отличная автоматизация. Для других споры о доступности и морали UBI отвлекают от еще более серьезных проблем.

Пост-работа может быть довольно серой и академически звучащей фразой, но она предлагает огромные, соблазнительные обещания: жизнь с гораздо меньшим количеством работы или без работы вообще будет более спокойной, равноправной, более общительной, более приятной, более вдумчивым, более политически вовлеченным, более удовлетворенным — короче говоря, большая часть человеческого опыта будет трансформирована.

Многим это, вероятно, покажется диковинным, глупо оптимистичным и, вполне возможно, аморальным. Но пост-воркисты настаивают, что теперь они реалисты. «Либо автоматизация, либо среда, либо и то, и другое заставят измениться отношение общества к работе», — говорит Дэвид Фрейн, радикальный молодой валлийский академик, чья книга «Отказ от работы» 2015 года является одним из самых убедительных томов после работы. «Так мы утописты? Или утописты — это люди, которые думают, что работа будет продолжаться как есть? »


Один из лучших аргументов пост-работы состоит в том, что, вопреки расхожему мнению, рабочая идеология не является ни естественной, ни очень старой.«Работа, которую мы знаем, построена недавно», — говорит Ханникатт. Как и большинство историков, он определяет основные строительные блоки нашей рабочей культуры как протестантизм 16-го века, который считал тяжелый труд ведущим к хорошей загробной жизни; Промышленный капитализм XIX века, требовавший дисциплинированных рабочих и инициативных предпринимателей; и стремление 20-го века к потребительским товарам и самореализации.

Возникновение современной трудовой этики из этой цепи явлений было «исторической случайностью», — говорит Ханникатт.До этого «во всех культурах работа считалась средством для достижения цели, а не самоцелью». От городских жителей Древней Греции до аграрных обществ работа была либо чем-то, что нужно передать другим людям — часто рабам, — либо чем-то, что нужно делать как можно быстрее, чтобы остальная часть жизни могла продолжаться.

Даже после того, как установилась новая трудовая этика, рабочие модели продолжали меняться и подвергаться сомнению. Между 1800 и 1900 годами средняя рабочая неделя на западе сократилась с 80 до 60 часов.С 1900 по 1970-е годы он неуклонно сокращался: примерно до 40 часов в США и Великобритании. Давление профсоюзов, технологические изменения, просвещенные работодатели и государственное законодательство — все это постепенно подрывало доминирующее положение в сфере труда.

Иногда экономический шок ускорял процесс. В 1974 году в Великобритании консервативное правительство Эдварда Хита, столкнувшись с хронической нехваткой энергии, вызванной международным нефтяным кризисом и забастовкой шахтеров, ввело в стране трехдневную рабочую неделю.За те два месяца, что он продлился, продолжительность жизни людей увеличилась. Поля для гольфа были более загруженными, и магазины рыболовных снастей сообщили о значительном росте продаж. Аудитория утроилась для ночных диджеев BBC, таких как Джон Пил. Некоторые мужчины выполняли больше работы по дому: Colchester Evening Gazette взяла интервью у молодой замужней печатницы, которая взяла на себя пылесос. Даже Daily Mail смягчилась: один обозреватель предположил, что родители «больше экспериментируют в своей сексуальной жизни, в то время как дети проводят пятидневную неделю в школе».

Пикадилли-сквер в Лондоне в течение трехдневной недели 1974 года. Фотография: PA Archive

Экономические последствия были неоднозначными. Заработок большинства людей упал. Рабочие дни стали длиннее. Тем не менее, национальный опрос компаний для правительства, проведенный консультантами по управлению Inbucon-AIC, показал, что производительность повысилась примерно на 5%: огромный рост по обычным вялым британским стандартам. Консультанты отметили, что «стимулировали размышления» внутри Уайтхолла и некоторых компаний о возможности организации постоянной четырехдневной недели.

Ничего не вышло. Но в течение 60-х и 70-х годов идеи о пересмотре определения работы или о полном уходе от нее были обычным явлением в Европе и США: от корпоративных ретритов до контркультуры до академических кругов, где была создана новая дисциплина: исследования досуга, изучение развлечений, таких как спорт и путешествия.

В 1979 году Бернард Лефковиц, тогда известный американский журналист, опубликовал «Перерыв: жизнь без работы в мире от девяти до пяти», книгу, основанную на интервью со 100 людьми, бросившими работу.Он нашел бывшего архитектора, который возился с плавучими домами и торговал; бывший репортер, который консервировал собственные помидоры и слушал много оперы; и бывший уборщик, который любил отдыхать и отдыхать на террасе с видом на Тихий океан. Многие из респондентов жили в Калифорнии, и, несмотря на моменты замешательства и сомнений, они сообщили о новых чувствах «целостности» и «открытости опыту».

К концу 70-х можно было поверить в то, что относительно недавнее господство работы может прийти к концу в более комфортных частях запада.Впервые широко доступны трудосберегающие компьютерные технологии. Частые забастовки стали широко известными примерами прерывания и нарушения рабочего распорядка. И, что самое главное, заработная плата для большинства людей была достаточно высокой, чтобы работа стала менее реальной возможностью.

Вместо этого была восстановлена ​​рабочая идеология. В 80-е годы агрессивно поддерживающие бизнес правительства Маргарет Тэтчер и Рональда Рейгана усилили власть работодателей и использовали сокращение социальных пособий и моралистическую риторику, чтобы создать гораздо более суровую среду для людей, не имеющих работы.Дэвид Грэбер, анархист и антрополог, утверждает, что эта политика была продиктована стремлением к общественному контролю. После политических потрясений 60-х и 70-х годов, по его словам, «консерваторы пришли в ужас от перспективы того, что все станут хиппи и бросят работу. Они думали: «Что станет с общественным порядком?» »

Это звучит как теория заговора, но Ханникатт, который изучал приливы и отливы работы на западе почти 50 лет, говорит, что Грэбер прав:« Я действительно думаю, что существует страх свободы — боязнь сильных мира сего, что люди найдут для капитализма что-то лучшее, чем приносить прибыль.

В 90-е и 00-е годы контрреволюция в пользу труда была консолидирована левоцентристскими политиками. В Великобритании при правительстве Тони Блэра политический и культурный статус работы достиг зенита. Безработица была ниже, чем десятилетиями. Работало больше женщин, чем когда-либо. Заработная плата большинства людей росла. Минимальная заработная плата и налоговые льготы New Labour повысили и субсидировали заработки низкооплачиваемых. Бедность неуклонно снижалась. Канцлер Гордон Браун, один из самых известных трудоголиков страны, похоже, нашел формулу, которая связала работу с социальной справедливостью.

Значительная часть левых всегда организовывалась вокруг работы. Профсоюзные активисты боролись за его сохранение, выступая против увольнения, а иногда и за его продление, заключая соглашения о сверхурочной работе. «В случае с лейбористской партией ключ кроется в названии», — говорит Чука Умунна, левоцентристский депутат от лейбористской партии и бывший секретарь по теневому бизнесу, который стал известным критиком постпроизводственного мышления, поскольку оно распространилось за пределы академических кругов. Новые лейбористские правительства, по словам Умунны, также отреагировали на неспособность своих консервативных предшественников реально соответствовать своей проповеднической риторике: «При тори был такой высокий уровень безработицы, что мы всегда должны были сосредоточиться на защите прав человека. -работа.

В этом серьезном, целеустремленном контексте антирабочая традиция, когда о ней вообще вспоминали, могла показаться немного декадентской. Одним из немногих оставшихся британских проявлений был журнал Idler, который был основан в 1993 году и приобрел культовый статус за пределами своего скромного тиража. На его элегантных ретро-страницах часто довольно аристократические мужчины писали об удовольствиях лени, а на стороне были заняты выпуском книг и газетных статей и творческими консультациями с корпоративными клиентами, Idle Industries.К началу 21 века культура труда казалась неизбежной.


У рабочей культуры сейчас гораздо больше критиков. В США вышли свежие книги, такие как «Частное правительство: как работодатели управляют нашей жизнью (и почему мы не говорим об этом)» философа Элизабет Андерсон и «Нет больше работы: почему полная занятость — плохая идея» историка Джеймса. Ливингстон бросили вызов диктаторской власти и предположениям современных работодателей; а также глубоко укоренившееся американское представление о том, что решение любой проблемы требует больших усилий.

В Великобритании даже профессионально оптимистичные деловые журналы начали фиксировать масштабы кризиса в сфере труда. В своей книге 2016 года «Богатство людей: работа и ее отсутствие в 21 веке» обозреватель журнала Economist Райан Авент предсказал, что автоматизация приведет к «периоду мучительных политических изменений», прежде чем появится «широко приемлемая социальная система».

Идеи пост-работы также циркулируют в партийной политике. В апреле прошлого года партия зеленых предложила продлить выходные до трех дней.В 2016 году теневой канцлер Джон Макдоннелл заявил, что лейбористы «разрабатывают» предложение о создании UBI в Великобритании. Лидер лейбористов Джереми Корбин заявил на партийной конференции в сентябре прошлого года, что автоматизация «может стать воротами для нового урегулирования между работой и отдыхом — трамплином для расширения творчества и культуры».

«Это было похоже на переломный момент», — говорит Уилл Строндж, глава Autonomy, британского аналитического центра, созданного в прошлом году для изучения кризиса в сфере труда и поиска путей выхода из него. «Мы находимся в контакте с лейбористами и скоро встретимся с зелеными.Как и большинство британских пост-воркистов, он левый в своей политике, он является частью новой среды амбициозных молодых интеллектуалов-активистов, выросшей вокруг руководства Корбина. «Мы не разговаривали с людьми справа, — признает Стронге. «Никто не связывался с нами».

Тем не менее, пост-работа может понравиться консерваторам. Некоторые постработники считают, что работу следует не отменять, а перераспределять, чтобы каждый взрослый работал примерно одинаковое удовлетворительное, но не изнурительное количество часов.«Мы могли бы сказать людям справа:« Вы думаете, что работа полезна для людей. Так что у каждого должна быть эта хорошая вещь », — говорит Джеймс Смит, постработник, чья основная работа — читать лекции по английской литературе 18-го века в Королевском Холлоуэй, Лондонском университете. «Меньшая работа также должна быть привлекательной для консерваторов, которые ценят семью».

За пределами островных, интенсивно работающих культур Великобритании и США сокращение объема работы долгое время было господствующим понятием. Во Франции в 2000 году левое коалиционное правительство Лионеля Жоспена ввело максимум 35 часов в неделю для всех сотрудников, отчасти для сокращения безработицы и содействия гендерному равенству под лозунгом «Работай меньше — живи больше».«Закон не был абсолютным (разрешалась некоторая сверхурочная работа) и с тех пор был ослаблен, но многие работодатели предпочли сохранить 35-часовую рабочую неделю. В Германии крупнейший профсоюз IG Metall, представляющий электромонтажников и металлистов, проводит кампанию за то, чтобы вахтовые рабочие и люди, ухаживающие за детьми или другими родственниками, имели возможность работать в течение 28 часов в неделю.

Даже в Великобритании и США мода на «дауншифтинг» и «баланс между работой и личной жизнью» в 90-е и 00-е годы представляла собой признание того, что интенсификация работы вредит нашей жизни.Но это были решения для отдельных людей, и часто для богатых людей — рок-звезда Алекс Джеймс привлек огромное внимание средств массовой информации, став сыроделом в Котсуолдсе, — а не для общества в целом. И это были решения, предназначенные для минимального нарушения рыночной экономики, которая все еще оставалась относительно популярной и функциональной. Нас больше нет в этом мире.


И все же трудность избавления от бремени и удовлетворения от работы очевидна, когда вы встречаетесь с постработниками.Исследователи огромной экономической и социальной территории, которой десятилетиями пренебрегали, подобно Кейнсу и другим мыслителям, бросившим вызов правилам работы, они чередуют уверенность и сомнение.

«Я люблю свою работу», — сказала мне Хелен Хестер, профессор СМИ и коммуникаций Университета Западного Лондона. «Нет границы между моим выходным и выходным. Я всегда занимаюсь администрированием, помечаю или что-то пишу. Я работаю на двух работах ». Позже в нашем интервью, которое проходило в кафе, среди других клиентов, работающих с ноутбуками — вездесущий современный пример колонизации досуга работой — она ​​сказала сознательно, но устало: «Пост-работа — это много работы.

Тем не менее, пост-воркисты утверждают, что именно их насыщенная работой жизнь — и их опыт возрастающей нестабильности работы белых воротничков — дает им право требовать другого мира. Как и многие постработники, Стронге годами работал по низкооплачиваемым краткосрочным академическим контрактам. «Я работала поваром для завтрака. Я был водителем службы доставки Domino, — сказал он мне. «Однажды я работал в индийском ресторане, когда преподавал. Мои ученики приходили поесть, видели, как я готовлю, и говорили: «Привет, это ты, Уилл?» Бессознательно, поэтому и возникла Автономия.

Джеймс Смит был единственным из встреченных мной постработников, которые решили меньше работать. «У меня один выходной день, и я втиснул все в другие дни», — сказал он, когда мы сидели в его переполненном офисе в кампусе Ройал Холлоуэй за пределами Лондона. «Я провожу его с нашим полуторагодовалым ребенком. Это очень маленький жест после работы. Но поначалу это было странное ощущение: почти как броситься с борта бассейна. Это было чуждо — почти невозможно обойтись без моральной силы иметь ребенка, о котором нужно заботиться.

Фотография: Getty

Защитники культуры труда, такие как бизнес-лидеры и основные политики, обычно задаются вопросом, имеют ли сдерживаемые современные работники способность наслаждаться или даже выжить в открытых пространствах времени и свободы, которые мыслители пост-работы предвидят. их. В 1989 году два психолога из Чикагского университета, Джудит ЛеФевр и Михали Чиксентмихайи, провели знаменитый эксперимент, который, казалось, подтвердил эту точку зрения. Они наняли 78 человек с ручным, канцелярским и управленческим трудом в местных компаниях и дали им электронные пейджеры.В течение недели с частыми, но случайными интервалами на работе и дома с этими сотрудниками связывались и просили заполнить анкеты о том, что они делают и как они себя чувствуют.

Эксперимент показал, что люди сообщают «на работе гораздо больше положительных эмоций, чем на отдыхе». На работе они постоянно находились в состоянии, которое психологи назвали «потоком» — «наслаждаться моментом», используя свои знания и способности в полной мере, а также «осваивая новые навыки и повышая самооценку».Вне работы «перетекание» происходило редко. Сотрудники в основном предпочитали «смотреть телевизор, пытаться уснуть [и] в целом прозябать, хотя им [не] нравилось делать эти вещи». У американских рабочих, заключили психологи, была «неспособность организовать [свою] психическую энергию в неструктурированное свободное время».

Для постработников такие открытия — просто знак того, насколько нездоровой стала культура труда. Наша способность делать что-либо еще, только тренируемая короткими импульсами, подобна атрофированной мышце.«Досуг — это способность», — говорит Фрейн.

Грэбер утверждает, что в менее трудоемком обществе наша способность к другим вещам, кроме работы, может быть снова увеличена. «Люди найдут чем заняться, если вы дадите им достаточно времени. Однажды я жил в деревне на Мадагаскаре. Это была сложная коммуникабельность. Люди слонялись в кафе, сплетничали, заводили романы, использовали магию. Это была очень сложная драма, которая может развиваться только тогда, когда у вас будет достаточно времени. Им точно не было скучно! »

Он утверждает, что и в западных странах отсутствие работы привело бы к более богатой культуре.«Послевоенные годы, когда люди меньше работали и было легче получать пособие, создавали поэзию битов, авангардный театр, 50-минутные барабанные соло и всю великую британскую поп-музыку — формы искусства, на создание и потребление которых нужно время. ”

Возвращение барабанного соло не может быть всеобщим прогрессом. Но возможности пост-работы, как и все видения будущего, проходят трудную грань между слишком конкретной и слишком воздушной. Стронге предлагает ежедневный распорядок дня для граждан после работы, который будет включать провокационную степень участия государства: «Вы получаете свой UBI платеж от правительства.Затем вы получаете форму от местного совета, в которой рассказывается о том, что происходит в вашем районе: скажем, о мини-футбольном турнире или общественной активности — почти что о Большом обществе ». Другие сценарии, которые он предлагает, могут разочаровать тех, кто мечтает о безостановочном досуге: «Я не питаю иллюзий, что оплачиваемая работа исчезнет полностью. Просто это может не быть направлено кем-то другим. Вы тратите столько времени, сколько хотите, долго обедаете, распределяете работу в течение дня ».

Городские центры и городские центры сегодня приспособлены для работы и потребления — соучастники работы — и очень мало чего другого; это одна из причин, по которой так трудно представить себе мир после работы.Адаптация офисных блоков и других рабочих мест для других целей была бы огромной задачей, о которой постработники только начали думать. Одним из распространенных предложений является строительство нового типа общественного здания, которое обычно представляет собой хорошо оборудованное сочетание библиотеки, развлекательного центра и студий художников. «В нем могут быть места для общения и ухода, оборудование для программирования, для создания видео и музыки, деки для записей», — говорит Стронге. «Это было бы далеко за пределами общественного центра, что может быть довольно… удручающим.

Это видение поддерживаемых государством, но освобожденных и продуктивных граждан во многом обязано Ивану Ильичу, полузабытому австрийскому социальному критику, который в 70-е годы был левым гуру. В своей опьяняющей книге 1973 года «Инструменты для веселья» Иллич выступил с критикой «крепостного права», созданного промышленным оборудованием, и потребовал: «Дайте людям инструменты, которые гарантируют их право работать с высокой, независимой эффективностью… от дрелей до механизированных тележек». Иллич хотел, чтобы публика заново открыла для себя то, что он считал свободой средневекового ремесленника, и при этом использовала новейшие технологии.

В сегодняшнем пост-рабочем движении наблюдается сильная тенденция к ремесленничеству. Как описывает это Хестер: «Вместо того чтобы иметь работу, мы будем заниматься ремеслом, шить собственную одежду. Это совершенно исключительное видение: чтобы делать эти вещи, нужно быть здоровым «. Она также обнаруживает более глубокий консервативный импульс: «Это почти как если бы некоторые люди говорили:« Поскольку мы собираемся бросить вызов работе, другие вещи должны оставаться такими же »».

Вместо этого она хотела бы, чтобы движение мыслило больше. в корне о ядерном доме и семье.Она утверждает, что оба были настолько сформированы работой, что пост-рабочее общество изменит их. Исчезновение оплачиваемой работы могло, наконец, привести к одной из старейших целей феминизма: чтобы работа по дому и воспитание детей больше не имели более низкого статуса. По ее мнению, если у людей будет больше времени и, вероятно, меньше денег, личная жизнь может стать более общественной, когда семьи будут пользоваться общей кухней, бытовой техникой и более крупными удобствами. «Были примеры этого и раньше, — говорит она, — например,« Красная Вена »в начале 20 века, когда [социал-демократическое] городское правительство построило жилые комплексы с коммунальными прачечными, мастерскими и общими жилыми помещениями, которые были довольно роскошными. .Пост-работа о будущем, но она также изобилует утерянными возможностями прошлого.


Теперь, когда работа настолько повсеместна и доминирует, преуспеют ли сегодняшние пост-воркисты там, где не преуспели все их предшественники? В Великобритании, возможно, самым проницательным сторонним судьей движения является Фредерик Гарри Питтс, преподаватель менеджмента в Бристольском университете. Питтс раньше сам был постработником. Он молод и лев, а до учебы работал в колл-центрах: он знает, как ужасно много современной работы.Тем не менее, Питтс с подозрением относится к тому, насколько близка жизнь, которую представляют себе постработники — творческая, совместная, возвышенная, — похожа на жизнь, которую они уже проживают. «Нет ничего удивительного в том, что понимание пост-рабочего мышления было таким сильным среди журналистов и ученых, а также художников и креативщиков», — написал он в статье, написанной в прошлом году в соавторстве с Аной Динерштейн из Университета Бата, «поскольку для них группам, альтернативы [традиционной работе] требуют небольшой адаптации ».

Питтс также утверждает, что оптимистические взгляды после работы могут помочь избежать вопросов о власти в мире.«Пост-рабочее общество предназначено для разрешения конфликтов между различными группами экономических интересов — это часть его привлекательности», — сказал он мне. Он утверждает, что устав от бесконечной задачи по улучшению работы, некоторые социалисты увлеклись постработкой в ​​надежде, что с эксплуатацией наконец можно будет покончить, полностью избавившись от работы. Он говорит, что это одновременно «пораженческое» и наивное: «Споры между группами экономических интересов никогда не могут быть разрешены полностью».

И все же Питтс гораздо более позитивно относится к менее абсолютистским предложениям после работы, таким как более равномерное распределение рабочего времени.«Для работы должны произойти серьезные изменения», — говорит он. «В этом смысле эти люди хотят правильного». Другие критики пост-работы также менее пренебрежительно, чем кажется на первый взгляд. Несмотря на то, что Ник Боулс является депутатом от консервативной партии из наиболее про-делового крыла своей партии, он в своей книге признает, что общество будущего «может переопределить работу, включив в нее воспитание детей и уход за пожилыми родственниками, и, наконец, начать правильно оценивать этот вклад». . Пост-работа распространяет феминистские идеи в новые места.

Ханникатт, историк труда, считает, что США более устойчивы, чем другие страны, к идеям пост-работы — по крайней мере, на данный момент.Когда в 2014 году он написал статью для веб-сайта Politico, в которой приводил доводы в пользу сокращения рабочего дня, он был шокирован реакцией, которую она вызвала. «Это был тяжелый опыт», — говорит он. «Были личные нападки по электронной почте и телефону — что я был своего рода коммунистом и дьяволопоклонником». Тем не менее, он чувствует слабость за такими энергичными попытками прекратить рабочий разговор. «Роль работы и раньше кардинально менялась. Это снова изменится. Вероятно, он уже меняется.Поколение тысячелетия знает, что работа «Прекрасный принц», отвечающая всем вашим потребностям, ушла ».

После встречи с Питтсом в Бристоле я пошел на пост-рабочее мероприятие, организованное Autonomy. Это был суровый вечер понедельника, но либеральный Бристоль любит социальные эксперименты, и большая комната в центре города была почти заполнена. Были студенты, профессионалы старше 30 лет, даже фермер средних лет. Они внимательно слушали в течение двух часов, пока Фрейн и двое других участников дискуссии перечисляли угнетение работы, а затем туманно обрисовывали то, что могло бы заменить это.Когда аудитория наконец задала вопросы, все они приняли основные положения пост-воркистов. Безусловно, существует аппетит к обществу, которое иначе относится к работе. Но пока это не так уж и много: общая посещаемость вечера составила менее 70 человек.

И все же, как отмечает Фрейн, «в некотором смысле мы уже находимся в обществе после работы. Но это антиутопия. Офисные сотрудники, постоянно прерывающие свои долгие дни онлайн-развлечениями; работники гиг-экономики, чей труд не играет роли в их самосознании; и все люди в депрессивных, постиндустриальных странах, которые тихо отказались от попыток заработать — призрак пост-работы пронизывает жесткую, блестящую культуру современной работы, как скрытая ржавчина.

В октябре прошлого года исследование Университета Шеффилда Халлама показало, что безработица в Великобритании в три раза выше, чем официальное количество тех, кто претендует на пособие по безработице, благодаря людям, которые подпадают под более широкое определение безработицы, используемое в Обследовании рабочей силы, или получают нетрудоспособность. преимущества. Когда Фрейн не говорит и не пишет о постработе или не выполняет свою последнюю временную академическую работу, он иногда зарабатывает на жизнь сбором социальных данных для правительства Уэльса в бывших шахтерских городах.«Существует много безработицы, — говорит он, — но без социальной политики, которая бы ее достойно оценила».

Создать более благоприятный мир после работы сейчас будет труднее, чем это было бы в 70-х годах. В сегодняшней экономике с более низкой заработной платой предлагать людям работать меньше за меньшую плату — это сложно продать. Как и в случае со свободным рыночным капитализмом в целом, чем хуже становится работа, тем труднее вообразить, что от нее можно избавиться, настолько огромны требуемые шаги.

Но для тех, кто думает, что работа будет продолжаться как есть, есть предупреждение из истории.1 мая 1979 года один из величайших поборников современной культуры труда Маргарет Тэтчер произнесла свою последнюю предвыборную речь перед избранием премьер-министром. Она размышляла о природе изменений в политике и обществе. «Ереси одного периода, — сказала она, — всегда становятся« ортодоксами следующего ». Конец работы, каким мы его знаем, будет казаться немыслимым — пока он не случился.

  • В эту статью 22 января 2018 г. были внесены поправки для уточнения категорий безработных, учитываемых в исследовании Sheffield Hallam.

Основная иллюстрация: Натали Лис

Следите за подробным прочтением в Twitter по адресу @gdnlongread или подпишитесь на подробное еженедельное электронное письмо здесь.

Verso

Работа без рабочего

Работа в эпоху платформенного капитализма

Твердый переплет

Твердый переплет

£ 10,99 £ 8,79 Скидка 20%

144 страницы / 5 октября 2021/9781839760433

Доступно для предварительного заказа. Товар будет доступен 5 октября 2021 года.

Электронная книга

Электронная книга

£ 10.99

5 октября 2021/978 1839760464

Предстоящие

Жестокая правда, стоящая за нашим автоматизированным будущим и новым миром работы

Нам говорят, что будущее работы будет все более автоматизированным. Алгоритмы, обрабатывающие огромные объемы информации с поразительной скоростью, приведут нас в новый мир легкого труда и пост-рабочую утопию постоянно расширяющегося досуга. Но за блестящей поверхностью стоят миллионы рабочих, часто на Глобальном Юге, вручную обрабатывающих данные за бесценок.

В последние годы наблюдается бум онлайн-платформ для краудворкинга, таких как Amazon Mechanical Turk и Clickworker, и они становятся все более важным источником работы для миллионов людей. И именно эти плохо оплачиваемые задачи, а не алгоритмы, делают возможной нашу цифровую жизнь. Используемый для обработки данных для всего, от механики беспилотных автомобилей до поиска изображений в Google, это все более мощная часть новой цифровой экономики, хотя и скрытая, и о которой редко говорят.Но что происходит с работой, когда она устаревает. В этой стимулирующей работе, сочетающей политическую экономию, исследования современной работы и размышления о будущем капитализма, Фил Джонс смотрит на то, как выглядит эта часто мрачная и скрытая форма труда и что она говорит о состоянии глобального капитализма.

Reviews

«Под шумной сферой автономных роботов и умных помощников Джонс ясно и терпеливо показывает скрытое пристанище низкооплачиваемых, перегруженных работой и небезопасных рабочих, которые лежат в основе нашего цифрового общества.Это важный путеводитель по часто невидимому миру ».

— Ник Снрисек, автор книги Platform Capitalism

«Пусть Фил Джонс будет вашим проводником в самые темные изнанки работы в условиях цифрового капитализма, где технические бароны следят за каждым шагом рабочих и продают их клики для получения прибыли и работы. ‘разваливается, но мы все время больше работаем. Красиво написанный призыв к оружию остановить это жалкое будущее, прежде чем оно наступит для всех нас ».

— Сара Джаффе, автор книги Work Won’t Love You Back

«В этом динамичном и захватывающем чтении Фил Джонс исследует скрытые обители цифровой экономики, где излишки рабочих в мире маркируют изображения, умеренное содержание и научите алгоритмы определять обычных домашних животных за несколько центов в час. Работа без работника «» исследует, как обездоленные работники-микроконтроллеры могут объединиться, чтобы возглавить глобальное движение за свободное время и материальную безопасность ».

— Аарон Бенанав, автор книги Automation and the Future of Work

«Переносит читателей в скрытую обитель производства искусственного интеллекта: мир ненадежной, сильно эксплуатируемой и обременительной микротехники, которая все чаще выполняется в трущобах, тюрьмы и лагеря беженцев склеротического посткризисного капитализма.Джонс с острой настойчивостью утверждает, что такая фрагментированная в цифровой форме сдельная работа угрожает всем видам средств к существованию, но также предлагает дразнящий потенциал для мира, выходящего за рамки наемного труда — если мы сможем за это бороться ».

— Гэвин Мюллер, автор книги Breaking Things at Work

Двупартийный законопроект помогает американцам с ограниченными возможностями искать работу без потери льгот

Вашингтон, округ Колумбия, 9 июля — 17 июня 2021 года сенатор Рон Уайден (округ Колумбия) и сенатор Билл Кэссиди (республиканец Лос-Анджелес) представили Закон о работе без беспокойства.Этот законодательный акт позволит американцам с ограниченными возможностями воспользоваться возможностями трудоустройства, не опасаясь потерять более высокие пособия по социальному обеспечению.

В настоящее время, если взрослый имеет инвалидность, начавшуюся в возрасте до 22 лет, он может иметь право на получение пособия Социального обеспечения для взрослых детей-инвалидов (DAC). Это пособие считает, что эти взрослые находятся на иждивении своего родителя (ей), и поэтому их пособие, как и любой ребенок в возрасте до 18 лет, зависит от взносов в систему социального страхования и доходов их родителей.

американца с ограниченными возможностями, которые имеют право на получение пособия DAC с социальным обеспечением, имеют пожизненную инвалидность, и многие из них хотят изучить свои возможности для получения работы. При нынешней системе многие люди с ограниченными возможностями опасаются, что они потеряют свои пособия по социальному обеспечению, если начнут работать, и, к сожалению, эти опасения небезосновательны. В соответствии с действующей системой, если родители человека еще не начали получать пособия по социальному обеспечению, а взрослый с инвалидностью начинает работать сверх определенной суммы, они могут фактически не иметь права на пособие DAC после выхода их родителей на пенсию.Преимущество DAC часто превышает любое преимущество, на которое они могут претендовать сами по себе.

Закон о работе без беспокойства гарантирует, что заработок лица после 22 лет, независимо от суммы, не будет препятствовать тому, чтобы лицо, имеющее право на получение пособия DAC, на основании трудового стажа его родителей. Также с этим законодательством социальное обеспечение будет учитывать заработки инвалида, а это означает, что они получат более крупное пособие, будь то из заработка своих родителей или из своих собственных.

«Все американцы, которые хотят работать, должны иметь возможность, не ставя себя в невыгодное положение в будущем», — сказал сенатор Виден. «Американцы с ограниченными возможностями и их семьи полагаются на получаемые от Службы социального обеспечения пособия. Этот закон дает семьям понять, что работа — независимо от того, как долго и на каком уровне заработка — не означает, что их ребенок-инвалид потеряет более высокое пособие по социальному обеспечению в будущем ».

В недавнем письме главного актуария службы социального обеспечения Стивена Госса были рассмотрены финансовые последствия этого закона.Госс указал, что в течение 75-летнего долгосрочного прогнозного периода принятие этого законопроекта не окажет существенного влияния на актуарный баланс OASDI, поскольку это увеличит стоимость программы OASDI на незначительную сумму. .

«Наша нация была основана на принципе, что каждый, кто много работает, должен иметь возможность добиться успеха в жизни», — сказал достопочтенный. Стив Бартлетт, нынешний председатель RespectAbility, который был соавтором Закона об американцах с ограниченными возможностями, когда он был в Конгрессе.«Люди с ограниченными возможностями заслуживают возможности получать доход и обретать независимость, как и все остальные. Двухпартийный закон «Работа без беспокойства» позволит гораздо большему количеству людей с ограниченными возможностями делать именно это, не теряя при этом важнейших преимуществ ».

Другие организации выразили свою поддержку принятию этого законопроекта, такие как The Arc, Американская сеть вариантов и ресурсов сообщества (ANCOR), Целевая группа по социальному обеспечению Консорциума граждан с ограниченными возможностями (CCD) и многие другие.Ближе к концу мая Ассоциация университетских центров по вопросам инвалидности (AUCD) написала письмо в поддержку Закона о работе без беспокойства. Они заявили, что «AUCD решительно поддерживает Закон о работе без беспокойства как один из способов дальнейшего поощрения занятости среди молодежи с серьезными ограниченными возможностями, не ставя под угрозу их или их семей финансовую жизнеспособность в будущем. Мы с нетерпением ждем возможности работать в поддержку его принятия ».

Согласно Ежегодному сборнику статистики инвалидности, насчитывается 20 323 689 человек с ограниченными возможностями трудоспособного возраста.В период экономического роста до пандемии COVID-19 38,8% людей с ограниченными возможностями имели работу. В настоящее время страх потерять пособие по социальному обеспечению мешает многим американцам с ограниченными возможностями расти по мере того, как они переходят к своей взрослой жизни. Закон «Работа без беспокойства» способствует большей независимости и позволяет большему количеству американцев с ограниченными возможностями обрести душевное спокойствие, когда они исследуют возможности трудоустройства по всей стране.

«Правительство должно поощрять труд.Американцы с ограниченными возможностями заслуживают свободу работать, не беспокоясь о своем финансовом будущем », — сказал сенатор Кэссиди.

Для получения дополнительной информации о том, как поддержать Закон о работе без беспокойства, или чтобы быть в курсе последних новостей по вопросам политики в отношении лиц с ограниченными возможностями, следите за работой RespectAbility на http://therespectabilityreport.org/.

Связанные

3 шага к действию, чтобы вернуть сотрудников к работе без промедления — КЛЮЧЕВАЯ сеть функциональной оценки

Когда сотруднику необходимо уйти с работы из-за производственной травмы, это может оставить в организации пробел, который трудно заполнить до тех пор, пока сотрудник готов вернуться к работе.Это не только проблема сотрудников, но и бизнес, и сотрудник чувствует большое влияние — физическое, умственное и финансовое. Лучшее, что можно сделать для всех участников, — это поддержать сотрудника, сократив время отсутствия на работе, а также сведя к минимуму вероятность повторной травмы, когда они вернутся.

Выполнение этих трех важных шагов поможет сотрудникам вернуться к работе на полную мощность — как можно быстрее:

1. Комплексная политика возвращения на работу

Иметь подробную политику, включающую минимальные физические требования и основные функции для каждой должностной инструкции.Эту политику необходимо применять последовательно, рассматривая каждую ситуацию в индивидуальном порядке. Возвращение сотрудника до того, как он будет готов, может привести к повторной травме или обострению проблемы.

2. Ответьте на вопрос «Что может делать сотрудник?»

Вместо того, чтобы зацикливаться на мыслях о том, что сотрудник не может сделать , поищите, что он может сделать . Самый простой и точный способ выяснить это — провести высококачественную оценку функциональных возможностей (FCA / FCE).Узнайте, что может сделать человек , определите, прилагают ли они все усилия во время тестирования — или нет, и сопоставьте свои результаты с требованиями работы.

Всегда помните, все тело возвращается к работе — могут быть другие способы, которыми Сотрудник может выполнять те же рабочие задачи. Если в ходе тестирования выясняется, что он еще не соответствует всем требованиям к работе, часто существуют альтернативные способы повышения продуктивности человека. Это могут быть модификации самой работы — или даже приобретение сложных устройств роботизированного типа, известных как экзоскелеты, которые будут носить рабочие.

3. Гибкость приспособлений на всех этапах восстановления

Рабочие приспособления могут быть сделаны не только по окончании реабилитации, но и во время реабилитации, что позволяет Сотрудникам продолжать работать во время восстановления. Не только физическое приспособление может быть полезным, вы также можете подумать об изменении расписания или должностных обязанностей. Предлагайте гибкость, даже временную, например, удаленную работу, измененные рабочие обязанности или график работы с частичной занятостью.

Не упускайте из виду преимущества партнерства

Медицинские специалисты, такие как терапевты и спортивные инструкторы, являются высококлассными партнерами с работодателями.Возвращение к работе FCA / FCE неоценимо для определения правильного времени возвращения сотрудника обратно в рабочую среду. Наша команда в KEY Functional Assessments Network готова помочь вам поддерживать безопасность и продуктивность персонала. Обратитесь к нам сегодня, чтобы узнать больше о физических, психических и финансовых преимуществах, которые вы можете предоставить.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *